Исчезновение Слоан Салливан полностью

– Интересно, чем мы занимаемся, по мнению твоего дяди, Фиби?

Я окинула взглядом акры сочной зеленой травы, забор, животных и потрясающий домик на вершине холма, который я так любила.

– Не знаю, он никогда не спрашивал, – ответила я. – Кормим птиц. Катаемся на лошадях. Чем еще обычно занимаются на ранчо в Техасе?

Когда я повернулась к Дьюку, он стоял ближе, чем секунду назад. Он убрал правую руку в карман джинсов и отставил большой палец. Теперь он стоял так близко, что я могла увидеть зеленые крапинки в его ореховых глазах.

– Я знаю, чем мы могли бы заняться.

Он вопросительно посмотрел на мои губы, и воздух между нами наэлектризовался. Я откинула волосы с его глаз, и этого было достаточно. Он нагнулся и поцеловал меня. Поцелуй был медленным, сладким и уверенным, как и он сам. Когда он отпустил меня, я подумала: «Этот поцелуй должен был быть первым».

Дьюк улыбнулся, убрав прядь пшеничных волос с моей щеки.

– Я давно хотел это сделать.

Прошло восемь месяцев с тех пор, как я познакомилась с его компанией в первый день моего десятого учебного года. Меня не удивило то, что он ждал этого момента. Лишь через несколько месяцев я набралась смелости и попросила его научить меня стрелять. Еще больше времени ушло на то, чтобы снова поверить в себя после катастрофы с Беном. Жизнь в Техасе была медленной, и мне это нравилось.

Я улыбнулась и прошептала:

– Я тоже.

И я поцеловала его, показывая, что не шучу.

– …поэтому мне будет спокойнее, если ты научишься защищаться, – продолжил Марк, выдернув меня из воспоминаний. – Это последнее, что я могу сделать перед тем, как…

Он не закончил предложение. В этом не было необходимости.

Я откинулась на спинку сиденья и посмотрела через люк на звезды. Они казались бесконечными и знакомыми. Звезды были единственной постоянной вещью в моей жизни, где бы я ни жила. Звезды и Марк. Все остальное исчезало, как бы сильно я ни старалась это удержать.

В моем горле словно застрял камень. Я судорожно сглотнула.

– Что будет, когда я окончу школу? – тихо спросила я.

Марк долго молчал, прежде чем ответить.

– Начнутся твои студенческие дни.

Он увильнул от ответа, но я не собиралась сдаваться.

– Что ты будешь делать, когда тебе больше не придется присматривать за Мелочью?

Марк хрипло рассмеялся.

– Может, я тебя так называю, но на самом деле я давно не считаю тебя мелкой.

Я повернулась и изучила его профиль в тусклом свете.

– У тебя должны быть друзья, любимая семья. То, чем ты хочешь заниматься кроме того, чтобы учить меня взламывать автомобили.

Марк напряг челюсть.

– Я давно этим занимаюсь. Это все, что я умею. И мне это нравится.

Я посмотрела на него с удивлением.

– Насколько давно?

– Возможно, я не так стар, как ты думаешь, – усмехнулся Марк.

– Черт. Мне что, придется выкинуть открытку, в которой я поздравляю тебя с сорокалетием?

Марк уставился на меня и приложил руку к груди.

– Ты что, серьезно думаешь, что мне сорок?

– Порой тебя очень легко задеть.

Мы немного помолчали, глядя друг на друга.

– Я хочу защищать тебя, – сказал Марк, опустив взгляд на свои руки. – И я хочу делать это всегда. То, что ты выходишь из программы защиты свидетелей, ничего не значит.

Что-то в тихом гудении машины, тесном салоне машины и полумраке позволило мне наконец задать вопрос, который не выходил из моей головы долгие месяцы.

– Я смогу видеться с тобой, когда все закончится?

Марк посмотрел мне в глаза.

– Ты хочешь этого?

Я кивнула.

– Тогда да.

– Тебе разрешат?

Марк потянулся ко мне и положил свою руку поверх моей.

– Я добьюсь этого. Я сделаю все, что ты захочешь.

В следующую пятницу во время обеда я ждала трех вещей.