Миранда взглянула на карту и показала пальцем на водоем рядом с Оленьим озером — Бобровое озеро.
— Майкл любит там бывать, — сказала она. — Там есть понтонная пристань и лодка. Можно добраться на чудесный островок. Мы туда часто ездим на пикник с дочками. Там всегда ни души. Майкл говорит, что мы одни во всем мире.
Мы с Дереком переглянулись. Слова были не нужны. Мы бросились к машине.
Анну куда-то бросили, ей показалось, что в лодку. Она притворялась, что все еще без сознания. Почувствовала, что лодка закачалась, до слуха донесся скрип уключин. Ее куда-то везли, но куда?
Мы с Дереком неслись на предельной скорости по 56-й автостраде. Вскоре вдали показалось Оленье озеро.
— По правую руку будет поворот, — предупредил меня Дерек, включая сирену. — Узкая проселочная дорога.
Мы заметили ее вовремя. Я свернул и еще прибавил газу. Вскоре я заметил машину Анны на берегу, совсем рядом с понтонной пристанью. Я нажал на тормоз, мы выпрыгнули из автомобиля. Несмотря на сумерки, на озере была видна лодка, она двигалась к островку. Мы выхватили револьверы.
— Стой! Полиция! — крикнул я и дал предупредительный выстрел.
В ответ мы услышали голос Анны из лодки, она звала на помощь. Кто-то сидевший на веслах ударил ее, Анна закричала еще громче. Мы с Дереком бросились в озеро. Мы едва успели увидеть, как Анну сбрасывают за борт. Сначала она камнем пошла ко дну, потом попыталась с помощью одних ног выплыть на поверхность и глотнуть воздуха.
Мы с Дереком плыли изо всех сил. В темноте невозможно было разглядеть силуэт в лодке: она огибала нас, возвращалась обратно, к машинам. Останавливаться мы не могли: надо было спасать Анну. Мы сделали последний рывок, поравнялись с ней, и тут силы оставили ее — она пошла на дно.
Дерек нырнул. Я за ним. Вокруг была темнота. Наконец он нащупал тело Анны, подхватил и сумел поднять на поверхность. Я стал помогать, и вместе нам удалось доволочь Анну до ближайшего островка и вытащить ее на сушу. Она закашлялась, из ее горла хлынула вода. Она была жива.
На другом берегу лодка причалила к понтону. Мы видели, как человеческая фигура метнулась к машине Анны и машина уехала.
Спустя два часа служащий стоявшей на отшибе автозаправки увидел, как в магазин вбегает окровавленный, перепуганный человек. Руки у Майкла Берда были связаны веревкой.
— Вызовите полицию! — взмолился он. — Он здесь, он за мной гонится!
Воскресенье, 3 августа 2014 года
В больнице — врачи оставили Майкла на ночь в палате, под наблюдением, — он нам рассказал, что на него напали на пороге собственного дома:
— Я был на кухне, только что позвонил жене. Вдруг я услышал какой-то шум на улице. Это не могла быть Анна, она была в туалете. Я вышел посмотреть, что происходит, и мне в тот же миг распылили в лицо слезоточивый газ, потом я получил сильный удар. Дальше ничего не помню. Очнулся я в багажнике машины, со связанными руками. Вдруг багажник открылся. Я притворился, что все еще без сознания. Меня поволокли по земле. Я чувствовал запах земли и зелени. Потом я услышал такие звуки, будто что-то копают. В конце концов я приоткрыл глаза. Я лежал в лесу. В нескольких метрах от меня какой-то человек в балаклаве рыл яму. Мою могилу. Я вспомнил жену, дочерей, мне не хотелось так просто умереть. Отчаяние придало мне сил, я вскочил и побежал. Скатился по склону и помчался по лесу со всех ног. Я слышал его шаги, он бежал за мной. Мне удалось от него оторваться. Я оказался на дороге и побежал по ней, надеялся, что мне попадется какая-нибудь машина, но потом заметил автозаправку.
Дерек, внимательно выслушав рассказ Майкла, произнес:
— Хватит сказки рассказывать. Мы нашли ключи Стефани Мейлер. В ящике вашего стола.
Майкл, казалось, не верил своим ушам:
— Ключи Стефани Мейлер? Что вы такое говорите? Ерунда какая-то.
— Тем не менее это правда. Связка ключей от ее квартиры, от редакции, от ее машины и от склада.
— Это совершенно невозможно, — сказал Майкл. Вид у него был искренне ошарашенный.
— Это были вы, Майкл? — спросил я. — Это вы убили Стефани? И всех остальных?
— Нет! Конечно же нет, Джесси! Ну это же просто смешно! Кто нашел ключи у меня в столе?
Мы бы предпочли не отвечать на этот вопрос: если ключи найдены не полицейским в ходе обыска, они не могли служить доказательством. Но другого выхода у меня не было, и я сказал правду:
— Кирк Харви.
— Кирк Харви? Кирк Харви рылся у меня в столе и, словно по волшебству, нашел ключи Стефани? Но это же бессмыслица! Он был один?
— Да.
— Послушайте, я не знаю, что все это значит, но, по-моему, Харви водит вас за нос. Точно так же, как со своей пресловутой пьесой. И вообще, что происходит? Я арестован?
— Нет, — ответил я.
Ключи Стефани Мейлер нельзя было приобщить к делу. Кирк утверждал, что нашел их в столе Майкла, но так ли это? Или они у него были с самого начала? А может, это Майкл пытался водить нас за нос и имитировал нападение на себя? Слово Кирка против слова Майкла. Один из них лгал. Но кто?
