— Всё! Попели! сказал Алёшка спокойным голосом командира лопнувшего воздушного шара.
— Их пока там Маринка держит!
Так они узнали, что перед ними Иринка.
— Кого «их», Ир? — спросил Алёшка. — Там чего, две Альбины?
Он не очень расстраивался: преступление не раскрывалось, ну и аллах с ним! Он хотел отсюда уехать и Таню увезти. Так что Альбина как раз вовремя.
— Да, их двое! — раздражённо сказала Иринка. Мы тут болтаем, а Маринка там надрывается их удерживает.
— Каких тебе «их»?
— Ну потому что она с мальчиком!
— С Витькой Алёхиным?! Вот это да!
— Алёша Пряников! — сказала Таня таким голосом, что Алёшка сразу пришёл в себя. — Немедленно доставь их сюда. И обезопась!
Алёшке бы вздохнуть, Алёшке бы подумать: «Эх жизнь моя, жестянка!» Но не было у него на это времени — так Таня строго ему приказала. И через все три ступеньки крыльца довольно-таки грузно Алёшка шагнул на землю — побежал приказание исполнять. А Иринка, которая прыгнула за ним, всё же успела быстро глянуть на Таню Смелую: вот это девочка! Самому Алёшке… А ШП остался на террасе ждать дальнейших распоряжений, которых так и не последовало.
Алёшка вернулся минут через пять. И эти минуты не показались Тане часом или годом, как иногда пишут в книжках. Дело просто в том, что Таня не боялась встречи с Витей и Альбиной, правота ведь была на её стороне, она поступила честно, а значит, всё на душе в порядке. Только необходимо ещё Альбину усмирить. Но это уж Алёшкина забота.
Таня посмотрела на Алёшку и поняла, что молодой ученый А. Пряников уже начал действовать, потому что он вел себя не как простой Алёшка, а как кто-то другой, как… ну, может быть, лётчик-космонавт, у которого через полчаса старт. Он был сдержан, но очень деловит. Да, конечно: к нему приехала старшая сестра, и он готов оказать ей всевозможное уважение, однако сестра должна понять, что он, космонавт Владимир Джанибеков, в данный момент очень и очень занят.
Альбина открыла рот для какого-то там своего «взрослого выступления», Алёшка спокойно и даже как-то не спеша опередил её:
— Сядьте, пожалуйста, посидите. Я скоро вернусь… Я занят сейчас, освобожусь буквально через несколько минут.
И ушёл… Альбина за десять лет совместного житья могла бы, кажется, привыкнуть к его штукам. Но привыкнуть было всё-таки очень трудно, потому что Алёшка всегда чего-нибудь новое придумывал.
И потом, в глубине души Альбина любила своего брата, а уж в самой-самой глубине она ещё и гордилась им. Конечно, о таких вещах никто не знал и знать не мог. Альбина и сама о них как бы не знала. Поэтому сейчас она с возмущением уселась на перила террасы, всем видом своим показывая, что ладно, мол, она и подождёт, она ни одного пока слова резкого не скажет, но она ещё…
Витя же Алёхин с интересом осмотрелся по сторонам таким весёлым и выжидательным взглядом, как будто был фотографом и искал, чего бы ему тут запечатлеть. На самом деле он был, пожалуй, немного сбит с толку или даже немного растерян.
Сегодня ни свет ни заря ему позвонила Альбина Пряникова и сказала, что он, Алёхин, отвечает за пропажу её брата, а также ещё двух малолетних детей. И теперь он должен ехать вместе с нею, выручать всех этих малолеток.
Витя вообще-то догадывался, что Альбина по отношению к нему, как говорится, неровно дышит. Но он сразу сказал, что поедет, потому что действительно (опять же как говорится) вешал лапшу на уши пряниковской маме. А тем более по поручению драгоценной Рыжиковой.
В электричке, однако, Альбина совсем не говорила про исчезнувшего братца, а всё вела с Алёхиным разные намекательные беседы, мол, эх ты, Алёхин, что же мы всю позапрошлую зиму ходили в секцию фигурного катания, а теперь ты бегаешь и виляешь хвостом вокруг этой… не будем говорить какой Рыжиковой, словно собачонка вокруг ириски.
Ну и так далее и тому подобное, что обычно говорится в таких случаях. Кстати, во вторых и третьих классах девчонки в «таких случаях» говорят то же самое, что и в седьмых-восьмых…
Алёхин в основном отмалчивался. А что он мог сказать, когда у него не было способностей к фигурному катанию. Вот и пришлось разлюбить Альбину, а влюбиться в Таню Рыжикову. Но, конечно, про фигурное катание он даже не заикался, а чего-то такое мямлил неясное про то, что сердцу якобы не прикажешь…
Потом они долго искали лагерь, потом на них наткнулась Иринка-Маринка, и Альбина опять вдруг стала заботливой и строгой сестрой. Потом явился Алёшка, притащил их сюда. Причём вёл он себя совсем не так, как ожидал Витя Алёхин, то есть не как забитый и провинившийся младший брат.
По всему этому Витя Алёхин оказался… немного растерян. Он вообще-то был не очень уж такой супер-уверенный в себе человек. Он и курил в основном для того, чтобы на него смотрели поуважительней. Так некоторые младшеклассники учатся, например, ругаться и даже выписывают особо грубые слова на бумажку, чтобы заучить их, заперевшись в ванной. Они тоже надеются — как и «курящий» Витя Алёхин, — что станут от этого как бы взрослее и строже… Зря они, между прочим, надеются… Ну да ладно, речь сейчас не об этом…
