– Да, Козлов действительно покончил с собой, – кивнул Злобин. – Явный суицид. А что касается Айдыгова… Я учту ваше мнение, Лев Иванович, обязательно учту. Скажу руководству СИЗО, чтобы приняло все меры для недопущения суицида. Обвиняемый обязательно должен дожить до суда! Обязательно!
– Да почему же так обязательно? Ведь процесс не обещает быть громким. Согласно вашему заключению преступление это – самое обычное, бытовое, никак не связанное с профессиональной деятельностью погибшего…
– А вот поэтому и надо устроить суд! – заявил следователь. – Чтобы прекратить всякие кривотолки. А то по городу каких только слухов не ходит. Да вы, наверное, слышали. Есть у нас любители всякие сплетни распространять. Что, мол, погибший Артюхов писал какую-то особую картину, и картина эта жутко разоблачительная, и потому его и убили… Вот мы всем этим слухам и положим конец!
– Ваша мысль ясна, – усмехнулся Лев. – Картина «Делёж» тут ни при чем, виноват случайный бродяга, к тому же приезжий… Мысль ясна… – И с этими словами покинул кабинет следователя.
Выйдя на улицу, он немного постоял, затем достал телефон и набрал на нем эсэмэс-сообщение: «Лечение идет трудно, диагноз никак не поставят. Чувствую себя одиноко, пускай приедет брат» – и послал его генералу Орлову. Это был шифр, с некоторых пор вошедший в обычай у них в Главке. Сообщение означало, что следствие идет с трудом, сталкивается с большим противодействием. И что он нуждается в помощи своего старого друга и напарника полковника Крячко.
Отправив сообщение, Гуров не стал звонить генералу Тарасову, а вместо этого отправился к нему сам. Войдя в управление, он попросил секретаря доложить о себе, и его тут же пригласили к генералу.
Войдя в кабинет, Лев внимательно взглянул на его хозяина. Теперь, кое-что узнав о начальнике управления, он смотрел на него другими глазами. И отмечал больше, чем в первый раз. При первой встрече он заметил в лице генерала лишь легкое беспокойство. Теперь же явно проглядывала какая-то задняя мысль, которую хозяин кабинета тщательно прятал от гостя. Глядя на генерала, Гуров был почти уверен, что этот человек мог участвовать в вымогательстве денег, получать подношения. А мог, если ему угрожала опасность разоблачения, и организовать убийство слишком проницательного художника и слишком много знающего бизнесмена…
Однако пока что все это были не более чем подозрения. А генерал оставался начальником управления, и без его помощи Гуров вряд ли мог вести в Княжевске эффективное расследование.
– Вот, Николай Семенович, пришел к вам за помощью, – произнес Лев, садясь в предложенное генералом кресло. – Без вас никак не могу обойтись. Так что простите, что отнимаю у вас время.
– Ничего вы не отнимаете, Лев Иванович, – ответил Тарасов. – Буду рад оказать вам любое содействие. Что требуется – транспорт? Или выделить вам помощника? У меня в управлении имеются очень толковые ребята…
– Транспорт пока не нужен, город у вас небольшой, так что я обхожусь общественными средствами передвижения. Хотя совсем отказываться от вашего предложения не стану. Может быть, машина еще понадобится, тогда и обращусь. Помощник тоже пока не нужен. А что мне требуется, так это помощь в организации встреч с нужными людьми. Две или три такие встречи хотелось бы провести.
– Буду рад помочь, – сказал генерал. – И с кем бы вам хотелось встретиться?
– Во-первых, с начальником вашего СИЗО, – ответил сыщик. – Полковник Сачко Геннадий Виленович – я правильно запомнил?
– Правильно, все правильно, – кивнул генерал. – И устроить такую встречу мне совсем нетрудно – мы с Геннадием Сачко в прекрасных отношениях, по работе сотрудничаем, да и после работы общаемся. Только я не понимаю, какие же вопросы у вас возникли к начальнику СИЗО? Ведь он заведует убийцами, так сказать, уже известными. Его подопечные уже осуждены и отбывают срока. А вы занимаетесь еще не пойманными злодеями…
Генерал Тарасов произнес эту фразу, улыбаясь и излучая внимание. Но в глубине его глаз таилась тревога, а пожалуй, что и злоба.
– Знаете, Николай Семенович, бывают случаи, когда убийцы сидят в тюрьме, а их подельники остаются на свободе, – заявил Гуров. – И вот они из СИЗО дают команды тем, кто остался на воле. Я в своей работе сталкивался с несколькими такими случаями. Вот и сейчас, кажется, у нас нечто похожее.
– Вот как? – изумился генерал. – Надо же! Вон как дело, оказывается, обстоит! А мне следователь Злобин давеча рассказывал, что убийство Артюхова полностью раскрыто, убийца задержан. И что это какой-то приезжий, без роду и племени. И никаких подельников у него нет и не было. Что же, выходит, заблуждается Артем Юрьевич?