— Кстати, Лена, разве вам в этом году не исполнилось тридцать пять? — протягивает Петр Васильевич, словно решил добить меня окончательно этим вечером. — Получается, вы старше Демьяна на пять лет?
Я чувствую, как кровь приливает к лицу, а сердце начинает колотиться ещё сильнее. Словно всё здание начинает сужаться вокруг меня, стены давят, и я теряю способность дышать. Господи, да отуда все обо всем знают?
— И что с того? — спрашивает Демьян, его голос звучит жёстко, без единой ноты сомнения. — Разница в возрасте не имеет значения, когда речь идёт о взрослых людях, которые знают, чего хотят.
Пётр Васильевич приподнимает брови, его взгляд на мгновение смягчается, но только для того, чтобы стать ещё более колючим.
— Конечно, — произносит он, делая шаг вперёд и пристально смотря на меня. — Но, как человек старшего поколения, я бы посоветовал тебе, племянник, быть осторожнее. Такие связи редко заканчиваются хорошо. Особенно когда одна из сторон всё ещё формально замужем. И насколько мне известно, муж не собирается её никуда отпускать.
Я чувствую, как мой желудок сжимается в болезненный узел. Каждое его слово — как удар в живот. Демьян медленно выдыхает, бросает короткий взгляд на своего дядю, а затем переводит холодный, но решительный взгляд на меня.
— Лена не заслуживает, чтобы кто-то ставил её в неловкое положение. И я бы предпочёл, чтобы вы уважали мой выбор.
— Конечно, — бросает он, поворачиваясь обратно к бару. — Как скажешь, племянник.
Он отходит, но я всё ещё чувствую его взгляд, прожигающий дыру в моей спине.
Валентина Петровна пытается натянуть на лицо улыбку, а Леонид Андреевич снова берёт свой бокал, делая большой глоток, словно пытается смыть горечь этого разговора.
Демьян медленно поворачивается ко мне, его лицо всё ещё напряжено, для него тоже все пошло не по-плану.
— Думаю, нам пора, — вздыхает Демьян.
— Уезжаете так рано? — спрашивает Валентина Петровна.
— Да, всё было прекрасно, но у нас есть еще дела, — выдыхаю я, стараясь не выдать своего волнения. — Свадьба получилась потрясающей.
— Мы ещё поговорим, — бросает Леонид Васильевич, переводя взгляд на сына. В его голосе нет угрозы, но я чувствую, что этот разговор не будет простым.
Демьян молча кивает, не отводя взгляда от отца. Между ними пробегает какое-то невидимое общение.
— Хорошо вам провести остаток вечера, — добавляет Валентина Петровна, её улыбка становится чуть шире, но взгляд остаётся напряжённым.
— Спасибо, — коротко отвечает Демьян и ведёт меня к выходу.
Когда мы наконец выходим на свежий воздух, я делаю глубокий вдох, чувствуя, как моё сердце постепенно возвращается к нормальному ритму.
— Ну что, домой? — тихо спрашиваю я, заглядывая ему в глаза. Я все еще смущена и зла. А что было бы, если бы мы встретились с Олегом?
— Домой, — коротко отвечает он, и его взгляд становится мягче. — Не загоняйся, хорошо? Мои родственники умеют быть теми еще снобами.
И, не дожидаясь ответа, наклоняется ко мне и целует.
Телефон вибрирует на столе, и я, не отрываясь от экрана, машинально тянусь к нему. Сообщение от Демьяна. Простой текст, всего одна строка — но от него у меня мгновенно пересыхает во рту. «Что это ещё за история с беременностью от меня?»
У меня кружится голова. Я перечитываю сообщение три раза. Пальцы сжимаются вокруг телефона, и мне приходится заставить себя дышать, чтобы не упасть в обморок прямо на рабочем месте.
Как? Как до него это дошло?
Он виделся с Олегом?
Нет. Нет, этого не может быть. Или может? Чёрт, это же Олег. Он способен на всё.
Я резко поднимаюсь, стул со скрипом отъезжает назад, и вся диспетчерская на секунду замирает, поворачиваясь ко мне. Ни слова не сказав, я выбегаю из помещения. Сначала решаю пойти к нему в кабинет, но мы же шифруемая. Поэтому печатаю ему в ответ:
«Встретимся возле пожарного выхода. Мне нужно объяснить.»
Ноги сами несут меня по коридору, дыхание сбивается. Господи, если он сейчас думает, что я всерьёз жду от него ребёнка…
Я прижимаю руку к к груди, будто это сможет как-то остановить паническую волну внутри.
К назначенному месту встречи прихожу первой. В урке — несколько бычков, хотя курить здесь запрещено. Нервно вышагиваю туда-сюда. Переживаю, будто сделала нечто плохое, что собственно так и есть.
Дверь со скрипом открывается. Я замираю. Он появляется в проёме — высокий, хмурый, в руках телефон. Глаза — колючие.
— Привет, — выдыхаю я. Голос предательски дрожит.
Он молчит. Прищурившись, смотрит на меня внимательно. И от этого мне становится вдвойне страшнее. Оказывается, я так сильно боюсь его потерять! Как это вообще возможно? Мы не так долго вместе. У нас так мало общего! Но тем не менее, с ним так хорошо и спокойно, он понимает меня как никто другой. Даже когда я вечером ною о выходе новой коллекции одежды, которую теперь не могу себе позволить.
— Демьян… — начинаю, делая шаг вперёд. — Это недоразумение. Я не беременна, просто…
Запинаюсь и замолкаю, подбирая слова.
— Я в курсе. Иначе ты не налегала бы на алкоголь вчера вечером, — хмыкает он.