Гвин воспользовался объединявшим всех солдат чувством боевого товарищества, чтобы затеять разговор, и обнаружил в собеседнике неистощимый источник информации. Солдата звали Груффидд, он был валлийцем, родом из Гвента, поэтому мог довольно сносно поддерживать беседу на родном для Гвина корнуолльском диалекте. Груффидд провел в Палестине почти два года, и период его наемной службы в качестве лучника частично совпадал с периодом пребывания в Палестине Гвина и Джона де Вулфа. Поэтому неудивительно, что у них обнаружились общие знакомые места, люди и битвы.
– Я вернулся всего два месяца назад, и сейчас меня наняли, чтобы я подобрал дополнительных людей для нынешней кампании короля против Филиппа во Франции.
Гвин спросил Груффидда, не знает ли тот кого-либо из возвратившихся крестоносцев, в частности Хьюберта де Бонвилля или Алана Фитцхая. С утвердительным возгласом Груффидд хлопнул его по плечу.
– А ты откуда знаешь эту парочку? – протрубил он в ответ. – И тот, и другой были здесь, только в разное время. Фитцхаю я предложил новый контракт на войну во Франции, но он сказал, что сначала хочет навестить свою женщину. И если ему не удастся подыскать подходящую войну на западе, обещал вернуться ко мне, только больше я его не видел.
Гвин сокрушенно покачал головой над кружкой с пивом:
– И не увидишь, разве что у тебя найдется работа для однорукого воина. – Он рассказал Груффидду, что приключилось с Фитцхаем, завершив повествование сообщением о том, что наемнику предстоит испытание судом Божьим.
На лице валлийца появилось сочувствующее выражение; за время знакомства с Фитцхаем он явно успел с ним подружиться.
– И все это произошло с ним из-за де Бонвилля? А его, ты говоришь, прикончили?
– Фитцхая держат в тюрьме как главного подозреваемого – при том, что доказательств его виновности почти нет.
Груффидд встряхнул большой головой:
– Не представляю его в роли убийцы – да, он может убивать, но только когда ему платят, и на поле брани.
Гвин покончил с трапезой и промочил горло глотком пива.
– А шериф придерживается другого мнения, хотя на самом деле ему любой ценой нужно найти преступника. Однако расскажи мне еще о де Бонвилле.
Валлиец не заставил себя долго упрашивать. Он поведал Гвину о сплетнях, описывавших ссору и потасовку между двумя мужчинами во Франции, что стало новостью для корнуолльца, поскольку он покинул Эксетер еще до того, как Фитцхай рассказал о произошедшем инциденте. Тем не менее Груффидд не придал драке особого значения, считая ее, как и коронер, рядовой размолвкой не поладивших между собой солдат. Зато он сообщил Гвину, что при де Бонвилле находился сквайр, сакс по имени Эльфгар де Тотнес. Они познакомились в Палестине и возвращались домой через Францию вместе, в той же группе, что и Алан Фитцхай. Гвин попытался получить от Груффидда описание внешности Эльфгара, но тот, кроме крепкого телосложения и довольно светлых волос – что вполне подходило под описание половины мужчин сакского происхождения в Англии, – ничего припомнить не смог.
– Значит, они вдвоем покинули порт и отправились в Девон? – спросил Гвин, почти не надеясь получить дополнительную информацию.
К его удивлению, собеседник отрицательно покачал головой.
– Нет, дело было не так. Я попытался уговорить Эльфгара записаться на войну с французами – мне за каждого новобранца платят по пенсу, – пояснил он. – Но ему хотелось прежде повидать семью в Тотнесе. К тому же хозяин велел ему сначала отправляться в его поместье, какое-то местечко у черта на куличках, где-то за Дартмуром, насколько мне помнится.
– Почему они не поехали вместе?
– При де Бонвилле еще оставалось шестеро солдат. Они вместе добирались из Марселя, и он собирался расплатиться с ними здесь, в Саутгемптоне. Эльфгар, когда извинялся, что не может присоединиться к моей армии, сообщил мне, что его хозяин намерен продать кое-какое золото из привезенной из заморских краев добычи. Ему нужны были деньги, чтобы расплатиться с солдатами, да и у него самого денег было негусто, так что он собирался пробыть здесь еще некоторое время, обхаживая ювелиров в поисках самой выгодной цены. – Груффидд усмехнулся и поддел Гвина локтем. – Хотя мне кажется, что он просто хотел провести недельку в саутгемптонских борделях.
Гвин задумался – как истолковать полученные сведения с учетом истлевшего трупа близ Хеквуд-Тора.
– Получается, что сквайр отбыл раньше хозяина, так?
– А когда де Бонвилль отправился, случаем не помнишь?
Однако Груффидд исчерпал свои запасы информации.
– Нет, ты уж извини, но этого я не знаю. Я сталкивался с ним в городе еще несколько раз пару недель после разговора с Эльфгаром, – он, кстати, уехал в тот же день. А де Бонвилль мог пробыть здесь и больше, только тут я тебе ничем помочь не смогу.
Гвин заказал для них обоих еще кувшин эля, и они выпили, уже по-настоящему сдружившись. Затем ему пришла в голову новая мысль, и он задал вопрос, не рассчитывая, впрочем, на удачу:
– А ты случайно не встречал в последнее время еще одного солдата, сакса, у которого не хватает двух пальцев?
