— Да уж, тут не поспоришь, — вздохнула Селина, и её голос прозвучал как-то слишком томно и мечтательно. — Я, признаться, вообще не припомню, чтобы видела мужчину… э-э… привлекательнее. Я на него ещё тогда, когда он был одет, засмотрелась. Сильный, наверное…
Я лежал, слушал их комплименты и не знал, то ли смущаться от такой откровенности, то ли радоваться. Хотя, если честно, почувствовал облегчение, когда две спасительницы наконец отволокли моё окоченевшее тело к вороху мехов и буквально похоронили под горой тёплых шкур и одеял. Блаженство… Тепло начало медленно проникать в замёрзшие мышцы, а дрожь стала понемногу утихать.
И даже в полуобморочном промёрзшем состоянии, когда сознание плыло, я не мог не уловить удивительно соблазнительный аромат двух лисичек, который пропитал всю эту меховую берлогу. Дикий, терпкий, истинно лесной, с нотками хвои и чего-то пьяняще-сладкого, к тому же невероятно женственный и соблазнительный. Тот самый запах от которого у любого нормального мужчины кровь забурлит в жилах, и мысли примут совсем другое направление.
Мои спасительницы опустились на колени по обе стороны от меня, всё ещё встревоженно глядя, как меня продолжает колотить крупная дрожь, хоть и не такая сильная, как раньше.
— Всё равно холодный, — пробормотала Селина, её ладошка осторожно коснулась моей щеки. Её кожа показалась мне почему-то очень горячей. — Надо его согреть как следует. Срочно. Иначе добром это не кончится.
Сияна согласно кивнула, её глаза блеснули решимостью:
— Я слышала, лучше всего греет кожа к коже, тепло тела. Это самый верный способ.
Недолго думая, она начала стаскивать с себя одежду. Нежная кожа на её щеках чуть порозовела, когда она осталась только в короткой меховой безрукавке, лишь дразняще прикрывающей высокую грудь, и каких-то обтягивающих шортиках из мягкой кожи. Ростом она была примерно с мою Ирен, но сложена куда… пышнее, округлее, фигуристее. И её соблазнительное тело с пушистым тёмно-соболиным хвостом, который нетерпеливо подрагивал, большими бархатными ушками и длиннющими иссиня-чёрными волосами, которые даже в тусклом свете очага отливали синевой, выглядело чертовски привлекательно. Особенно в данной ситуации, когда я лежал перед ними почти беспомощный.
Селина, похоже, согласилась с ней, потому что, раздеваясь, не стала мелочиться и не остановилась на полпути. Скинула с себя всё, на мгновение представ передо мной во всей своей первозданной ослепительно-белой красоте, и тут же юркнула под меха, прижимаясь ко мне своим горячим гибким телом. Её кожа, словно лунный свет, контрастировала с тёмным мехом, а светлые волосы рассыпались по плечам, создавая образ почти неземной соблазнительницы. Ну, дела-а-а… Кажется, эта ночёвка обещает стать куда интереснее. Если, конечно, я дуба от переохлаждения не дам.
Холод, конечно, пронизывал до костей, но не настолько, чтобы я не засмотрелся на красивых сестричек-лисичек. А посмотреть было на что. Грудь у Селины высокая, соски от мороза тут же затвердели, обострившись, этот её… аккуратный, манящий треугольничек внизу, светлый, почти как иней, и крепкая точёная задница. Сама девушка, пожалуй, даже повыше меня, поджарая, но где надо, мягкая и округлая. Идеальная фигурка, словно у римской статуи.
Тут и вторая, Сияна, что потемнее, тоже юркнула под ворох одеял. И вот уже с обеих сторон ко мне прижимаютсяь два тёплых упругих тела. Приятно, чёрт подери. «Кожа к коже» — это просто истинное спасение!
И дело не только в тепле, хотя оно сейчас ценилось дороже всякого злата. Дрожь потихоньку отпускала, кровь, казалось, живее побежала по жилам, разгоняя стылую тяжесть в конечностях. И чем теплее становилось, тем отчётливее я начинал прислушиваться к другим ощущениям. Куда более волнующим, если уж на то пошло. Тело, отогревшись, начало настойчиво напоминать о нормальных физиологических потребностях.
Особенно это проявилось, когда Селина закинула на меня ногу. Так плотно прижалась своим… сокровенным горячим местечком к моему бедру, что я отчётливо почувствовал, там уже всё трепещет в предвкушении. Прямо сквозь тонкую ткань её белья, отчётливо ощущались шелковистая кожа и пьянящая влага.
Если я до этого вовсе и не собирался думать о сексе, то член дёрнулся, наливаясь силой.
Сияна тоже перекинула через меня ногу, а потом недовольно надула губки, когда её мягкая кожа коснулась влажной ткани моих подштанников.
— Да он же так никогда толком не согреется в своих мокрых портках, — сказала она, закусив губу, и тут же начала теребить пояс моих штанов. — К тому же это мешает нормальному контакту кожа к коже. Тепло хуже идёт.
Ага, «тепло», как же.
Селина усмехнулась и потянулась через мою грудь, прижимая ко мне свои весьма соблазнительные упругие холмики.
— В таком случае, сестрёнка, почему ты сама ещё в своём белье?
Я аж подпрыгнул, хоть и лежал.
— Сестрёнка⁈ — и крутанул головой, насколько позволяло положение.
