Из-за того, что одна чернявая, как южная ночь, а вторая светлая, как первый снег, я как-то упустил из виду их поразительное сходство в чертах лица. Обе нежные, миловидные, с лукавой лисьей искоркой в больших золотистых глазах. Ну да, лисички же.
— Точно, — подтвердила Селина, протягивая руку и поглаживая шелковистый чёрный хвост Сияны, который теперь лежал у меня на животе рядом с двумя её собственными пушистыми белыми хвостами. — Мы близняшки.
Чёрт возьми, я лежу в одной постели, если этот ворох одеял и шкур можно так назвать, с двумя великолепными девочками-близняшками! Может, я и впрямь отрубился в метель, и это у меня такой… красочный последний сон перед тем, как окончательно загнуться? Если так, то сон просто ошеломительный.
Сёстры слаженно, будто всю жизнь только этим и занимались, стащили с меня мокрые подштанники и швырнули их куда-то в сторону к остальной моей мокрой одежде. Затем я почувствовал, как Сияна приподнялась, стягивая с себя меха и тоже отбрасывая их, после чего снова прижалась теперь уже голой полной грудью к моему боку и снова обвила меня ногой.
Хотя, в отличие от своей сестры, которая была просто возбуждена, чернявая лисичка оказалась настолько мокрой, что её сок ощутимо протёк по моему бедру обжигающим ручейком.
Я обнял прекрасных близняшек. Теперь мне стало не просто тепло, а жарко. Не устояв перед искушением, я начал осторожно поглаживать пушистый соболиный хвост Сияны и попеременно перебирать пальцами два снежных хвоста Селины. Мягкие, шелковистые…
Близняшки дружно хихикнули, издав звук, похожий на перезвон маленьких колокольчиков.
— Сестрёнка, я думаю, он разогревается, — сказала Селина, и в голосе её плясали смешинки.
Сияна тихо застонала и подергала хвостом в моей руке.
— Держу пари, он разогрелся бы ещё больше, если бы мы немного подвигались, а не просто так лежали, — и тут же начала медленно, но настойчиво тереться своим шёлковым лоном о моё бедро плавным, истинно лисьим движением.
— Думаю, ты права, — кивнула беловолосая, на её губах мелькнула хитрая ухмылка, обнажив милые маленькие клыки, и тоже начала тереться о меня с другой стороны. — Хочешь, чтобы мы тебя согрели по-настоящему, Артём?
Такими темпами я тут взорвусь к чертям ещё до того, как они вообще до моего члена доберутся. Боги, это так до неприличия сексуально, что аж в паху заломило!
— Вы обе? Одновременно⁈ — выдохнул, стараясь, чтобы голос не дрожал. Хотя куда там.
Настала очередь Селины краснеть.
— Мы всю жизнь всем делились, — застенчиво проговорила она, — включая… друзей. Она умоляюще посмотрела на меня: — Но если ты не хочешь двоих сразу… Если тебе это не по душе, то, пожалуйста, побудь хотя бы с Сияной. Это сделало бы её такой счастливой.
Как это «ты не хочешь»⁈ В каком таком мире и какой конченый безумец от такого отказался бы? Я, конечно, всякое повидал, но такое…
— Ой, ну что ты! — воскликнула чернявая лисичка. — Я буду чувствовать себя виноватой, если ты обделишь вниманием Селину. Если уж нужно кого-то одного, то лучше ее… Я не против и посмотреть.
Судя по голосу Сияны, в котором дрожали едва сдерживаемые слёзы, она вообще-то очень даже против остаться в стороне.
— Нет, нет, что вы! — поспешно ответил девчонкам, стараясь улыбнуться как можно ободряюще. — Я… очень даже рад быть с вами обеими. Это же… так круто!
Сияна хихикнула и погладила мягкое белое ушко сестры.
— Я же говорила тебе, сестрёнка! Предложи любому мужчине одну из нас, и он в десять раз сильнее захочет заполучить обеих сразу. Особенно когда мы покажем ему, какие мы… весёлые, — она одарила меня такой шальной улыбкой, в которой не осталось и следа от её прежней застенчивости.
— Ты не ошибаешься, — со смешком признал её правоту. Ну а что тут скажешь? Мне светит ночь с близняшками! И не просто с близняшками, а с сексуальными девочками-лисичками, хвостатыми и ушастыми. Даже если это всего лишь предсмертный бред, пока я замерзаю где-то на улице, я, чёрт возьми, отказываюсь просыпаться.
— Хорошо! — сказала Селина, прижимаясь ко мне грудью и крепко обнимая сестру не только руками, но и двумя своими пушистыми хвостами. — Потому что я точно знаю, что любой мужчина захочет тебя, дорогая сестрёнка. Ты такая милая!
Член у меня от их нежного воркования резко запульсировал, готовый, пробить все одеяла.
— Простите, что прерываю ваш… э-э… обмен любезностями, но думаю, что любой мужчина, которому посчастливилось бы оказаться с вами обеими под одним одеялом, был бы полным дураком, если бы начал выбирать.
— Ты так считаешь? — спросила Селина, прижавшись кончиком носа к моему так, что я буквально утонул в её золотистых глазах. Снежно-белые хвосты высвободились и дразняще прошлись по моим ногам. — Учти, я очень люблю свою сестру, так что ты не должен пренебрегать ею.
— И я очень люблю свою сестру, — добавила Сияна, потираясь своей грудью о мою. Я чувствовал, как её твёрдые, словно гладкие речные камушки, соски скользят по моей коже, а шелковистый мягкий полуночно-чёрный хвост присоединился к хвостам сестры, лаская мои бёдра. — Ты не должен обделять её своим вниманием.
