С грацией элитной гимнастки, и откуда только в её возрасте такая гибкость, она перевернулась и оседлала меня. Пухлые влажные половые губы плотно прижались к члену, толкая его вниз. Жар от неё шёл такой, будто я прислонился к печке. Затем она начала скользить вверх-вниз, постанывая от удовольствия. Её клитор плотно прижимался к стволу при каждом движении.
Это напомнило мне о важном. Дотянулся до рюкзака, лежащего у кровати.
— Свиток, — выдохнул я.
Белоснежная кунида сначала словно испугалась, а потом грустно рассмеялась.
— Ладно. Старовата я, чтобы растить двух малышей одновременно.
Она неохотно слезла, я едва не застонал от потери контакта, и позволила достать свиток из рюкзака. Забрала его и наложила заклинание на себя. Знакомое свечение окутало её тело.
При этом она посмотрела на меня с игривой улыбкой, от которой сердце пропустило удар.
— Уверена, ты и сам прекрасно знаешь, что мы, куниды, обожаем детей и хотим их много. Эта мысль возбуждает нас не меньше, чем сам секс, а может, даже больше. Так что все девушки в деревне будут в восторге, если ты не станешь заморачиваться с предохранением.
Член дёрнулся при мысли оплодотворить целый выводок прекрасных кунид. Воображение мигом нарисовало картину: десятки белоснежных, рыжих, чёрных ушастых малышей, бегающих по полям… Стоп! Хотя и заманчиво, но каково это — иметь кучу детей в неделе пути от дома? Даже зная, что куниды едят траву и коренья, и община без труда их вырастит в моё отсутствие, ответственность никто не отменял.
К тому же это несправедливо по отношению к Лили. Она не торопится заводить детей, хочет стать настоящей Искательницей, прокачаться, увидеть мир, испытать кучу приключений, прежде чем осесть.
Эти размышления растворились в новой волне удовольствия, когда Клевер вновь запрыгнула на меня. Она принялась тереться мокрыми шёлковистыми лепестками о ствол, скользя всё быстрее. Внезапно кунида со стоном рухнула на меня сверху, брызнув на промежность в мощном оргазме.
Не теряя ни секунды, снова поднялась, расположила головку у входа и с нетерпеливым стоном насадилась на всю длину.
Возможно, это и нереально с точки зрения физиологии, но готов поклясться, даже по прошествии года я всё равно помнил эти ощущения. Тёплые тугие стенки окутали член изысканной мягкостью, затрепетав в оргазме и лаская, пока Клевер нетерпеливо скулила и подпрыгивала на мощных ногах.
Наслаждаясь острым удовольствием, я гладил бархатистые бёдра, пышные ягодицы, играл с мягким хвостиком. Затем поднял руку к полной груди, сжал и пощипал набухшие соски. Она заскулила с новой силой, внутренние мышцы заработали ещё энергичнее, буквально доя меня.
Недавний оргазм смягчил остроту желания, я смог выдержать несколько минут интенсивного темпа. Но когда она внезапно взвизгнула и рухнула на меня, достигнув особенно мощного пика, её внутренние мышцы сжались так сильно, что практически вырвали оргазм из меня. Ахнув, я схватил её за бёдра, кости под мягкой кожей ощущались хрупкими, и излился в неё мощными волнами.
Когда я закончил, Клевер слезла с меня на дрожащих ногах, они её едва держали, и перебралась на кровать. Она встала на колени, высоко подняв зад, дразняще покачиваясь и глядя на меня с лукавым выражением. Белоснежный хвостик подрагивал в такт движениям.
— Твоя очередь. Действуй так энергично, как только можешь.
Я обнаружил, что энергии у меня хоть отбавляй. После хорошего обеда и расслабляющего массажа тело чувствовало себя отдохнувшим, несмотря на два оргазма.
Не теряя времени, я навис над белоснежной крольчихой, оказавшись сверху. Выстроился в линию с её пылающими, блестящими от соков лепестками и вошёл почти вертикально вниз. Сила толчка вдавила её ещё глубже в мягкие одеяла, а ткань заглушила пронзительный крик чистого наслаждения.
Отстранившись, вошёл снова ещё сильнее. В голове мелькнула дурацкое сравнение, будто она гвоздь, а я пытаюсь вбить её в кровать своим членом.
Клевер будто сошла с ума от захвативших её ощущений. Она заскулила от нестерпимого наслаждения и приподнялась на руки и ноги, начав отталкиваться от моих нисходящих толчков. Она подстраивалась не только под темп, но и под силу. Когда я входил особенно мощно, её нектар хлюпал и разбрызгивался по постели, а ноги толкались с такой силой, что практически поднимали меня.
Такое уже никак нельзя было назвать нежной любовью или даже обычным сексом, это настоящий первобытный драйв! Мы с неистовой настойчивостью утоляли свои самые глубинные инстинкты, достигая всё новых высот наслаждения.
Мать Лили, казалось, пребывала в состоянии перманентного оргазма. Достигая особенно мощных пиков, она дико визжала, орошая нас своими соками. К середине нашего соития весь мой перед, а также её спина, ягодицы и ноги оказались покрыты скользкой плёнкой. Стало трудно удерживать хватку на её бёдрах, руки то и дело соскальзывали.
