— Я тоже сказал ему об этом. Говорю: «Ваше Святейшество, мне кажется, я не достоин такой высокой чести. Я далек от церкви. И кроме того, меня воспитывали в уверенности, что когда-нибудь Флоренция станет моей». Тогда он разозлился и крикнул: «Довольно! У Флоренции уже есть правитель». Но я тоже не сдержался. Забыл, перед кем стою, и выпалил: «Моему удивлению нет предела, Ваше Святейшество. Как может человек сомнительного происхождения быть выше меня?» Он сжал кулаки и как крикнет: «А вы сами все знаете о своем происхождении?» Я гордо ответил, что мой отец — благородный человек, герцог Немурский, а мать — почтеннейшая флорентийская дама. Что же касается Александра, то хотя отец его неизвестен, то мать, говорят, — черная служанка. Тут он не выдержал: «Это вас не касается, — закричал он. — Я решил, что вы будете служить церкви».
— Ипполит! Может быть, тебе лучше не противиться его желанию?
— Наши судьбы в его руках, Екатерина. Знаешь, иногда я забываю, что он Папа Римский. Бывает, я ненавижу его. Ему наплевать на нас и даже на церковь. Власть — вот его истинный бог. Он сделал Александра, своего незаконного отпрыска, правителем Флоренции. И теперь Флоренция, Екатерина, напоминает Рим во времена Нерона. Все боятся его. Люди при первом удобном случае покидают город. Помнишь братьев Руджери?
— Да, конечно. Космо и Лоренцо! — воскликнула Екатерина.
— Они бежали из Флоренции. И привезли страшные новости. Ты ведь знаешь, что Александр был жестоким мальчишкой. Но сейчас он превратился в настоящего изверга. Я слышал, что святой отец женил его на дочери императора Карла.
— Бедная девушка! — вздохнула Екатерина.
Ипполит взглянул на нее.
— Слава Богу, Его Святейшество выдает этого монстра за твоего брата. Иначе женой Александра могла бы стать и ты.
Екатерина промолчала. У нее просто не было слов, чтобы выразить ужас, охватывавший ее при одной только мысли о подобном замужестве. Вид у Екатерины был такой испуганный, что Ипполит на время забыл о своих проблемах. Он взял ее руку и поцеловал.
— Впрочем, жизнь иногда преподносит и хорошие сюрпризы, — сказал он, и они оба рассмеялись.
Никогда еще Екатерина не была так счастлива. Она послала за братьями Руджери. Она заказала у них духи и лосьоны. Она умоляла их заглянуть в ее будущее. Как здорово было, закутавшись в плащ, тайком пробираться в их скромное жилище, находившееся на другом конце города! Она умоляла позволить ей взглянуть в магическое зеркало. Так хотелось увидеть лицо человека, который станет ее мужем! Братья бежали из Флоренции, и здесь, в Риме, у них не было условий для занятий магией. Но они обещали сделать все возможное для своей герцогини.
Ипполит не мог не заметить такой разительной перемены в своей кузине. Не мог он и равнодушным оставаться, глядя в ее сияющие счастьем глаза, слыша ее веселый звонкий голос.
И однажды, во время очередной прогулки верхом, они заговорили о своей любви.
— Мне радостно видеть тебя счастливой, Екатерина. Я благодарю всех святых, что ты не стала женой Александра.
— Не говори о нем в такой день.
— Не буду. Лучше поговорим о нас. Я люблю тебя, Екатерина. Люблю давно, еще с тех пор, когда ты была маленькой девочкой и мы вместе жили во дворце в нашей любимой Флоренции.
— Я тоже люблю тебя, Ипполит, и никогда не переставала думать о тебе, даже в годы нашей разлуки.
Они остановились. Свита держалась на расстоянии. Слуги уже давно, раньше самих влюбленных, заметили их нарождающееся чувство.
Ипполит взял руку Екатерины и поцеловал.
— Его Святейшество хочет, чтобы мы были вместе, — сказал он. — Это точно. Иначе бы он не разрешил нам встречаться.
— Да, конечно, Ипполит. Я так счастлива!
— Я тоже. Ведь ты любишь меня. И даже то, что я потерял Флоренцию, не имеет теперь значения.
— Понимаю. Я сама была так несчастна, так страдала… Одиночество, опасность, подстерегавшие на каждом шагу… Но я не жалею, жизнь наконец подарила мне настоящее счастье.
— Екатерина, мне кажется, флорентийцы не станут долго терпеть этого тирана Александра.
— Уверена — не станут.
— И тогда, любовь моя, Флоренцией буду править я… вместе с тобой. И мы будем жить во дворце, где прошло наше детство.
— Ипполит, — сказала Екатерина, — если правда, что люди умирают от счастья, то, боюсь, ты можешь потерять меня.
— Я не вынесу… Смотреть на тебя и не поцеловать… Поехали скорее.
А потом были объятия, поцелуи. И сохранить в тайне эту прекрасную любовь было невозможно.
Узнав об отношениях Екатерины и Ипполита, Клемент пришел в ярость. Он ненавидел Ипполита — за его приятную внешность, хорошие манеры и популярность среди народа. Он знал, что, если потеряет бдительность, этот Ипполит принесет ему немало хлопот. Упрямый юноша уже отказался от блестящей церковной карьеры, и все потому, что Александр стал правителем Флоренции. Ах, как похож он на своего отца и на Лоренцо Великолепного… В общем, Ипполит никак не вписывался в далеко идущие планы Клемента. А вот для Екатерины в них уже была заготовлена подходящая роль. Ей предстояло стать надежной опорой его собственной власти.
