Вокруг все смотрели в направлении вспыхнувшей в углу двора потасовки. Туда побежали некоторые заключенные и надзиратели. Справа от меня, словно из-под земли, вырос старший надзиратель Хадсон и с самым решительным видом тоже направился к нарушителям порядка. Неожиданно раздался негромкий хлопок, и двор заволокло густым белым дымом. Я продолжал идти, но Хадсон обернулся и уставился на меня. Последовало еще несколько хлопков, дым стал еще гуще. Кто-то кидал через стену дымовые шашки.
— Побег! Побег! — закричал Хадсон. — Включите сирену!
Он засвистел в свисток, но я продолжал двигаться в заданном направлении.
— Где эта чертова платформа? — услышал я голос Слейда и взглянул вверх: из клубов дыма прямо на нас опускалась платформа, с четырех концов которой свисали канаты. Стоявший на ней человек что-то говорил в трубку радиотелефона.
— Давай, Слейд! — сказал я. — Лезь первым!
Он отшвырнул костыли, и я подсадил его. Когда он ухватился за канат, человек на платформе что-то сказал в микрофон, и платформа поползла вверх. Я подпрыгнул и вцепился в последний узел того же каната, на котором завис и Слейд. Он быстро карабкался по канату вверх, размахивая перед моим лицом ногами, и зацепил-таки носком ботинка мой подбородок. Я едва не отпустил канат, но в последний момент сумел удержаться.
Вдруг я почувствовал, что кто-то схватил меня за лодыжку. Я посмотрел вниз и увидел перекошенное от злобы и напряжения лицо Хадсона. Хватка у него, надо признать, была бульдожья, но после мощного удара другой моей ногой по его физиономии он разжал руки и с глухим стуком рухнул на землю, а я из последних сил полез по канату вверх, рискуя порвать мышцы рук. Наконец я ухватился за край платформы и, подтянувшись, залез на нее, мысленно благодаря Слейда за преподанный мне урок.
Слейд едва дышал, распластавшись на платформе.
— Все будет хорошо, — успокаивал его человек с радиотелефоном. — теперь все будет в полном порядке.
Я посмотрел вниз, увидел под нами колючую проволоку и вздохнул с облегчением.
— Делайте, как я, — приказал нам человек с радиотелефоном, когда стальная рука крана перенесла нас за стену и начала плавно опускать вниз. Неизвестно откуда вдруг появился грузовичок и остановился прямо под зависшей над улицей платформой. Наш сопровождающий перелез через ограждение и спрыгнул в кузов. Я последовал его примеру. Слейд свалился мне на голову, едва не сломав мне шею, но не успел я выругаться, как автомобиль рванул с места и свернул в переулок, отчаянно скрипнув покрышками по асфальту.
Вцепившись обеими руками в борт, я взглянул назад и увидел, как огромный автокран-«вишнесборщик» перегораживает проезд. Из его кабины выскочили двое мужчин и разбежались в разные стороны. Что было потом, я уже не видел, потому что наш грузовичок снова свернул в переулок.
Слейд выглядел ужасно, лицо его посерело, он тяжело дышал, привалившись к борту кузова. Наш сопровождающий толкнул меня локтем в бок:
— Внимание, — сказал он, — тебя сейчас пересадят в микроавтобус. Приготовься!
Резво мчавшийся по пустынному проулку грузовичок прижался к бордюру и остановился почти вплотную к стоявшему с открытой дверью микроавтобусу. Я перемахнул через борт, спрыгнул на асфальт и шмыгнул в салон. Дверца за моей спиной тотчас же захлопнулась, и автомобиль тронулся с места, быстро набирая скорость. Грузовичок со Слейдом в кузове тоже стал удаляться, свернул направо и исчез из вида.
— Куда мы едем? — с трудом переведя дух, спросил я сидящих впереди широкоплечих парней. — Почему нас со Слейдом разлучили?
— Пригнись пониже и заткни пасть, — не оборачиваясь, приказал мне один из них. — Скоро все узнаешь.
Я постарался расслабиться, насколько это было возможно на холодном металлическом полу. Судя по мелькающим за задним стеклом зданиям и перекресткам, мы кружили по улицам. Наконец микроавтобус свернул в переулок и, снизив скорость, въехал по трапу в фургон автопоезда. Двери его с лязгом закрылись, и мы очутились в полнейшей темноте.
— Вылезай! — приказал мне из темноты женский голос, и задняя дверца микроавтобуса со скрипом открылась. Я на четвереньках выполз из своего временного убежища и очутился в женских объятиях.
— Ради Бога! — вскрикнула женщина. — Включите же наконец свет!
Зажегся свет, и я огляделся. Передо мной стояла высокая блондинка в белом комбинезоне, похожая на медицинскую сестру. Один из сопровождавших меня мужчин проскользнул мимо меня вперед и, присев на корточки, хомутом прикрепил бампер микроавтобуса к скобе в передней стенке фургона. Мощный двигатель автопоезда натуженно взревел, и машина поехала. Мужчина выпрямился и улыбнулся мне:
— Нехорошо, когда болтает, — сказал он, постучав по крыше микроавтобуса. — Нам это не нужно.
— Раздевайся, — приказала мне очаровательная блондинка. — У нас мало времени. — У меня отвисла от изумления челюсть, и она с раздражением повторила: — Да раздевайся же, говорят тебе, живее! И не смущайся, ты не первый голый мужчина в моей жизни.
Я стащил с себя тюремную одежду и получил взамен чистое нижнее белье, носки, сорочку, ботинки и костюм.
