— Значит, называть их перевертышами неверно?
— Умница! В душе они всегда были врагами режима. Я предлагаю тост за умниц. На этом свете явный дефицит в умницах.
— «Надо же, — подумал он, — такая нелегкомысленная девица. Француженка. Студентка…» И вновь, словно прочитав его мысли, она сказала возвышенно:
— О ля-ля, мсье Иван Иванович, многие нас недооценивают. Но мы, студенты Франции, большая сила. Интеллектуальная, да и в любом другом смысле тоже.
Вопреки своей многолетней традиции — не есть ничего тяжелого на ночь, — Иван Иванович заказал себе стейк. Жаннетта махнула рукой: «И мне то же самое». И после третьей рюмки потащила его танцевать. По небольшому пространству, свободному от столиков, мягко скользили под звуки очередного блюза степенные пары. «Ну и пусть, — спокойно решил он, — пусть ухмыляются и злословят — мол, деду на покой пора, а он внучку охмурять пустился во все тяжкие». И такие замысловатые па выделывал, что его партнерша то и дело вскрикивала: «Браво! Браво!» Перед главным блюдом он заказал пару бутылок очень старого вина. Она сразу же отпила из бокала довольно много, зацокала язычком: «Какой букет! Какой вкус!» «Какая цена, душа моя!» — усмехнулся про себя Иван Иванович.
Поставив бокал, Жаннетта подперла кулачками скулы, спросила, глядя задумчиво на ближайшую к ней свечу:
— Я экономист. Широкого профиля. Сейчас всех мыслящих людей на Западе волнует вопрос — что происходит в России. Меня — тоже.
Он сморщился, поднял к лицу ладони:
— Помилуйте? Не хочу ни черта, ни дьявола — никакой ни политики, ни экономики. Я сбежал от них сюда и…
— Нет, нет, — с живостью перебила его она. — Я и не прошу об этом. Вот если бы вы могли рассказать о каком-нибудь эпизоде из жизни русского банкира… Детективном. Ужасно люблю кррровавые истории.
— Эпизод из жизни, — повторил он. — Какой же выбрать?
— Мафия родилась на земле нашего соседа Италии, — словно она подсказывала ему возможную тему. — Мигрировала в Америку. А у вас?
— Есть у нас и мафия, — улыбнулся Иван Иванович. — И ничуть не хуже итальянской или американской. Ничуть не хуже. Я бы даже сказал, что наша мафия самая качественная в мире. И вовсе не по принципу: «Россия — родина слонов». Бытует у нас такая присказка. Дескать, и то мы изобрели, и в этом наш приоритет.
Он замолчал, задумался. Молчала и Жаннетта.
— Месяца за три до отъезда сюда вот какая приключилась история. Крутая, как нынче любят выражаться у нас. — Он крепко потер подбородок, посмотрел на свою собеседницу тяжелым, пристальным взглядом, под которым она зябко поежилась. — Мы, русские, не умеем останавливаться на полдороге, все делаем от души на полную катушку. Любовь, ненависть. Революция, реставрация. Экспроприация, приватизация. Загадочность славянской души — в ее безудержности, бесшабашности, беспредельности. Недаром и в песнях наших поется: «Я упаду на дно морское, я поднимусь на небеса…»
