И побежал мимо кухонной двери, через поляну к «триумфу». В двух ярдах от автомобиля упал на землю и откатился в сторону. Теперь «триумф» был между ним и Чемпом. В кустах он выкинул пробки и затаился.
Чтобы принять решение, Чемпу понадобилось шестьдесят секунд. Он подошел к автомобилю, начал оглядываться. Вероятно, на открытой местности хищники чувствовали себя не столь уж уверенно. Курту пришлось потрясти куст, чтобы привлечь внимание Чемпа. После этого он побежал к обрыву. Да, похоже, подъем не вызовет особых проблем. Он услышал, как Чемп позвал Рика, и начал карабкаться наверх. Опасно, конечно, если у них есть оружие, но Курт знал, сколь сложно целиться в обманчивом лунном свете. А он должен увлечь их за собой, заставить броситься следом.
Курт был уже у самого гребня, когда Рик открыл огонь. Восемь выстрелов, по звуку, из пистолета тридцать второго калибра, ни одна пуля не просвистела поблизости. На гребне он обернулся. Парень с пистолетом стрелял с дальнего края поляны, с расстояния больше чем в пятьдесят ярдов. Стоило ли удивляться, что пули улетели в небо.
Курт посмотрел вниз, преследователь приближался. Здоровяк, которого звали Чемп. Четыре минуты, и он поднимется на гребень. Остальные, сбившись в кучку, направились к коттеджу. Просто невероятно… хотя, возможно, они хотели перезарядить пистолет. Потом свернули к «триумфу». Фонариком осветили спущенные шины, на время потеряв способность видеть в темноте.
Курту стало не по себе. Хищники. Он готовился встретить леопардов, а наткнулся на гиен. Разумеется, опасных, особенно, если их загнали в угол, но… хищники ли они? Скорее пожиратели падали. Какая, впрочем, разница, сказал он себе. Все равно он убьет их одного за другим, чтобы каждый знал, что расплата неотвратима, и со страхом ждал, когда же придет его черед.
Чуть левее от него огромный валун сужал идущую по гребню тропу до фута с небольшим. Чтобы обогнуть валун, Курту пришлось красться, прижимаясь к нему спиной. Он сразу понял, как использовать валун в своих целях.
Передвижения Чемпа он отслеживал по звукам: скрип подошвы по камню, тяжелый вздох, сдавленное ругательство. Неужели Чемп думал, что поднимается бесшумно и может захватить Курта врасплох? Или, уверенный в своих силах, плевать он хотел, слышит его Курт или нет? По наступившей тишине Курт понял, что Чемп уже на гребне и ждет, когда же он выдаст себя. Значит, Чемп полагал, что Курт не подозревает о его присутствии! Выждав две минуты, он шевельнул ногой, сбросив вниз камушек.
И приготовился к встрече.
Две минуты спустя из-за валуна показалась левая рука Чемпа. Он повторил маневр Курта, огибая валун спиной к нему.
Пора.
Ударом правой ноги, обутой в подбитый металлом башмак, он раздробил левый локоть Чемпа. От этого удара едва ли не любого сбросило бы с гребня.
Но Чемп обладал рефлексами животного, поэтому метнулся не вперед, а вбок, вскрикнув от боли. Он не свалился вниз, но оказался лицом к лицу с Куртом на пятачке шириной с ярд.
— Ты… ты сломал мне руку! — в изумлении воскликнул Чемп.
И прыгнул на Курта. Тот не ожидал столь резкой атаки и ударился затылком о стену. В глазах потемнело. Голова Чемпа оказалась у него под подбородком, правая рука обхватила талию, кулак уперся в позвоночник.
Широко расставив ноги, Чемп одним движением развернул их обоих, и теперь уже Курт оказался спиной к обрыву. Его левая рука была зажата между телами, правая не находила цели, потому что Чемп втянул голову в плечи. Курт застонал. Чемп так перегнул его в поясе, что лицо Курта было обращено в небо, а плечи оказались над пропастью. Дважды грудь пронзила боль: треснули два ребра.
Боль привела его в чувство. Все кончено? Ну нет.
Курт ударил левым коленом между ног Чемпа. Здоровяк задрожал всем телом, попытался хоть как-то уберечь яйца от второго удара, но не ослабил хватки.
Курт ударил вновь. Чемп застонал, повернул голову влево, еще сильнее надавил черепом на челюсть Курта. Но одновременно открыл для удара лицо. Как заправский каратист, Курт сжал правую руку в кулак, выставив вперед фалангу среднего пальца, и со всей силой ударил туда, где, по его расчетам, был левый глаз Чемпа.
Он не ошибся.
Чемп громко вскрикнул, поднес правую руку к глазу. Курт с трудом удержал равновесие и едва не свалился вниз. И тут же Чемп, словно раненый бык, бросился на него, ослепленный болью и яростью. Курт вновь воспользовался кованым железом башмаком. На этот раз удар пришелся в пах. Здоровяк рухнул на колени, словно пораженный в сердце буйвол, и Курт ударил ребром правой ладони по открытой шее, чтобы перебить позвонки. Ударил он на три дюйма ниже, по лопатке, но так сильно, что Чемпа сбросило с пятачка.
От боли в ребрах Курт согнулся. Он едва дышал, приходя в себя от медвежьих объятий.
Первые несколько футов Чемп падал головой вниз, но затем ухватился правой рукой за скальный выступ и держался за него. Он не разжал пальцы и висел над пропастью на одной руке.
Когда Курт перегнулся через край, он увидел перед собой перекошенное от страха лицо.
— Я… — от ужаса Чемп осип. — Мистер… пожалуйста…
