В поместье Платта они приезжали на этом же пикапе, но теперь Платт едва бы узнал его. Выкрашенный в коричневый цвет, с номерными знаками Пенсильвании, но с цветовой гаммой штата Нью-Йорк. Тем самым коп мог определить, что знаки фальшивые, лишь присмотревшись к ним с близкого расстояния. Опять же такие номерные знаки не дали бы полиции ни малейшей зацепки.
Полковник приобрел пикап для другой операции. Они ее так и не осуществили, поэтому пикап долго томился в гараже дома полковника. Кросс полагал, что рано или поздно они найдут применение этому автомобилю. Мердок, которому приходилось работать в мастерских по покраске автомобилей, быстренько изменил цвет пикапа. Надписи на дверцах теперь свидетельствовали о том, что принадлежит автомобиль корпорации «Служба доставки Хендрика», расположенной на Сейтен-Айленде, штат Нью-Йорк.
В последний момент Мердоку пришла в голову новая идея. Он закрасил белые акриловые буквы слоем коричневой акварели… Когда она засохла, белой акварелью написал название совсем другой фирмы. «Моулет и Хоферт. Сантехнические работы». Байонн, штат Нью-Джерси. Пара взмахов мокрой тряпки, и пикап мог поменять владельцев.
В Нью-Корнуолле Симмонз направился прямо к банку. Проезжая мимо, посмотрел на часы.
— Чуть больше сорока пяти минут от двери до двери.
— Как мы и предполагали.
— Вот и хорошо.
— Два квартала прямо, потом налево и через три квартала будет торговый центр, — подал голос Джордано.
— Слишком близко, Луи. Надо бы другой, подальше.
— Хорошо. Пока прямо, я скажу, где поворачивать.
Они подъехали к большому торговому центру в северной части города. Два супермаркета, боулинг, ресторан быстрого обслуживания, несколько маленьких магазинчиков.
— Нам нужен салон красоты, Говард. Что-то я его не вижу.
— Боулинг, — вставил Мердок.
— И то. Меньше чем два часа игра не занимает, а днем там только женщины. Выходя оттуда, они уже не помнят, где парковались, а потом еще долго будут соображать, как вызвать полицию.
Симмонз промолчал. Пикап медленно катился вперед объезжая торговый центр, переходя с одной полосы на другую. Не прошло и пяти минут, как на стоянку свернул «додж». Из него вылезли четыре женщины с сумками для боулинга.
— Вон тот «додж», Бен, — указал Симмонз. — Хочешь его взять?
— Почему нет?
Пикап затормозил у «доджа». Мердок открыл дверцу, вылез из кабины. Симмонз проехал чуть вперед вновь остановился, но мотор выключать не стал. Четыре женщины вошли в зал боулинга. Людей на стоянке не было.
— Не пойму, чего он ждет, — бросил Джордано.
— Выбирает удобный момент. Бен спешки не любит. И потом, как только он сядет за руль, останется только уехать.
— Тут он прав. По-настоящему подставляешься, лишь когда крадешь машину. А угнав ее, можешь считать себя в безопасности четыре-пять часов.
— Поэтому мы сейчас и прикрываем его.
— Естественно, — Джордано вздохнул. — Говард?
— Что?
— Лучше бы мне сидеть за рулем.
— Как только Бен угонит…
— Я не об этом. Я не хочу входить в банк. Перерыв на ленч заканчивается у нее в половине второго, а ограбление назначено на два часа. Она наверняка меня узнает.
— У тебя усы, которые должны заметить свидетели. Опять же, у меня не тот цвет кожи. В прошлом ограблении негров не видели.
— Если она узнает меня, неприятностей не оберешься.
— Почему? Ты же не называл ей свою фамилию?
— Нет.
— Так в чем проблема? Бен заводит двигатель. Помех нет? Никаких. Путь свободен. Попутного ему ветра.
— Полку любителей боулинга прибыло. Приехали, пока мы болтали. Лиловый «форд».
— Я его не заметил. Давай посмотрим.
Симмонз подогнал пикап к лиловому «форду», притормозил. Джордано уже собрался открыть дверцу, но внезапно откинулся на спинку сиденья.
— Поехали. Одна возвращается. Наверное, что-то забыла.
Симмонз проехал чуть дальше, припарковал пикап между двух легковушек. Женщина в блузке цвета маренго и плиссированной черной юбке подошла к «форду», взяла черную сумочку и направилась к залу боулинга.
— Черт, — процедил Джордано, — а ведь мы могли разбогатеть. Готов поспорить, в сумочке не меньше восемнадцати, а то и все двадцать долларов.
— Да еще ключи от автомобиля.
— Вот это плохо. Ключи развращают. Случается, что они ломаются в замке зажигания, и что тогда делать? А вот выдернутый проводок не сломается.
— Ты абсолютно прав. Луи?
— Да.
— Тебя тревожит кассирша?
— Немного.
— Ты позвонишь ей без четверти два. В банк. Представишься доктором из какой-нибудь больницы. Скажешь, что у ее матери сердечный приступ и она умирает. Твою девчушку как ветром сдует.
— Говард, какой же ты умница.
— Из банка мы ее уберем. Осталось только найти десятицентовик, чтобы позвонить ей.
— Повторяю, Говард, — ты умница. А теперь извини, мне надо украсть автомобиль.
Будь его воля, Мердок никогда не остановил бы свой выбор на «додже». К двигателю и коробке передач претензий у него не было, машина легко слушалась руля, но массы ей явно не хватало, и она казалась ему игрушечной. А может, подумал он, причина в цвете, небесно-синем, или в салфетках и детских книжках, что валялись на заднем сиденье.
