Бой барабанов лучше слушать издалека.
Но и простой гражданин должен читать Историю. Она мирит его с несовершенством видимого порядка как с обыкновенным явлением во всех веках; утешает в государственных бедствиях, свидетельствуя, что и прежде бывали подобные, бывали еще ужаснейшие, и Государство не разрушалось.
Телефон верещал, словно подстреленный заяц, — взахлеб, пронзительно и тревожно…
Родин взглянул на Скокова, который, просматривая свежий номер газеты, сидел в кресле напротив, и снял трубку.
— Агентство «Лучник».
— Здравствуй, Александр Григорьевич! Как здоровье? — спросил начальственный, с приятной хрипотцой женский голос.
Родин на секунду опешил. Звонила сокурсница по институту, его старая любовь Рита Кудимова, с которой он когда-то вместе проходил практику в МУРе, в отделе полковника Скокова… Теперь она — Маргарита Васильевна, майор, начальник уголовного розыска 38-го отделения милиции и, что самое странное, он до сих пор к ней неравнодушен.
— Саша, куда ты пропал? — переспросила Кудимова, обеспокоенная его молчанием.
— Здесь я, здесь, — обрадованно забубнил Родин.
— Это хорошо, что еще здесь, — нажимая на последнее слово, проговорила Кудимова. — Как здоровье?
— Пока не жалуюсь.
— Для тебя это не показатель.
— Это почему же?
— Потому что здоровые мужики за бабами ухаживают, а не за цветочками на даче.
— Ты не права, Марго. Эти самые цветочки я каждый год дарю тебе на Восьмое марта.
— Опять двадцать пять! Я ему про любовь, а он мне про цветочки, — нервно рассмеялась Кудимова. — На этот раз цветочками не отделаешься…
— Что-нибудь серьезное?
— Все подробности вам расскажет клиент. Он уже к вам едет. Но вы, прежде чем браться за это дело, хорошенько подумайте и… посоветуйтесь со мной.
— Думаем мы всегда, а вот советуемся с красивыми женщинами…
— Не хами, — остановила его Кудимова.
