— Конечно! — с энтузиазмом поддержал его Натаниэль. — Обязательно объяви. Кстати, а ты уверен, что она действительно из ортодоксальной семьи? Может, специально так оделась?
— Да ну, ты что! — Ронен даже обиделся. — Мы опросили всех, с кем она говорила. Никаких сомнений — и поведение, и разговор. Манеру поведения перенять невозможно… Типичная девочка из религиозной семьи.
— Тогда я тебе советую проверить в Меа-Шеарим и Бней-Браке. Скорее в Бней-Браке, — при этом он с гордостью посмотрел в сторону исчезнувшей светло-серой «Субару».
— Я так и собирался сделать, — уныло сказал инспектор. — Ч-черт, все идет наперекосяк…
В этом Натаниэль был с инспектором вполне согласен. Он сочувственно промычал и даже собрался предложить инспектору поехать, пропустить где-нибудь по рюмочке.
Инспектор посмотрел на часы.
— Ладно, мне пора, — сказал он. — Передавай мой привет госпоже Смирновой.
— Непременно, — ответил Розовски. — А как насчет извинений? За необоснованное задержание?
— Обойдется, — буркнул Алон. — Я еще не уверен в необоснованности, — он повернулся и, не оглядываясь, пошел к машине. Натаниэль проследил за тем, как «Рено» умчался в сторону Тель-Авива, покачал головой. Отворил невысокую калитку и вошел во двор.
Викторию Смирнову он застал в обществе адвоката Нешера. При виде входящего сыщика они прервали оживленный разговор и одновременно повернулись в его сторону.
Против ожидания, вдова выглядела сейчас даже лучше, чем до неприятностей с полицией. Во всяком случае, свежее. Что же до адвоката, то, по-видимому, сдержанно-недовольное выражение его лица было хроническим.
Насколько Натаниэль успел понять из последних фраз, услышанных им, речь шла о линии поведения в случае судебного процесса. Розовски считал подобный разговор преждевременным, а возможно, и просто излишним. Он был уверен, что полиция больше не будет тревожить Викторию подозрениями. Несмотря на последние слова инспектора Алона.
Тем не менее, Розовски сделал вид, что не понял сути беседы.
— Как вы себя чувствуете? — спросил он. — Выглядите чудесно. Рискуя быть ложно понятым, скажу: пребывание в полиции пошло вам на пользу.
Виктория слабо улыбнулась.
— Может быть, это происшествие меня как следует встряхнуло. Во всяком случае, я сумела взять себя в руки. И потом — полицейские были очень любезны… Садитесь, Натаниэль, я как раз собиралась вам сегодня позвонить. Есть какие-нибудь новости?
— Как вам сказать… Кое-какие есть, — ответил Натаниэль, усаживаясь в предложенное кресло. — Но мне все-таки нужно задать вам еще несколько вопросов.
— Конечно, пожалуйста!
Нешер промолчал.
— Простите, что вновь заставляю вас возвращаться к тому злосчастному дню, — сказал Розовски. — Мои вопросы касаются некоторых деталей. Вот, например: каждый карнавальный костюм должен что-то означать, — сказал Розовски. — Чаще всего наряд отражает какие-то стороны характера человека, его привычки, увлечения — не обязательно главные, не обязательно сегодняшние. Иной раз в этом удивительным образом трансформируются желания далекого детства. Например, один мой приятель мечтал когда-нибудь примерить гусарский мундир. В возрасте то ли шести, то ли семи лет он по уши влюбился в актрису Ларису Голубкину. Помните фильм «Гусарская баллада»? Вот. С тех пор он бредил этими ментиками, киверами и прочими эполетами. А потом женился. И, представьте себе, вдруг разом потерял интерес к военно-исторической мишуре. Знаете почему? Ни за что не догадаетесь.
Виктория не выразила никакого интереса к словам детектива. Натаниэль, несмотря на это, произнес после эффектной паузы:
— Именно потому, что его жена оказалась внешне очень похожей на любимую им актрису. Но, увы, семейная жизнь убила романтику образа, а с ним и все, что ассоциировалось с образом очаровательной девушки в гусарском мундире. Вскорости они развелись.
— Да, — вежливо заметила Виктория. — Очень интересная история. Вы хотите еще о чем-то спросить?
— Да-да, конечно. Вы правы, вернемся к нашим делам. Вспомните, пожалуйста: вы на том вечере предстали перед гостями в образе восточной красавицы. Вам очень шел наряд. А что означал костюм вашего мужа?
— Понятия не имею. Наряд какого-то короля… — вдруг в ее глазах мелькнуло удивление. — А ведь и об этом он пообещал рассказать в свое время! Да-да, теперь я вспоминаю…
— То есть фасон его костюма имел отношение к тому самому сюрпризу? — быстро спросил Натаниэль. — К сюрпризу, который он вам обещал?
— Теперь мне кажется, что да, — растерянно ответила Виктория. — Действительно… Может быть, он хотел разыграть какой-то спектакль? Скетч? Нет, вряд ли… Не знаю, не знаю, Натаниэль. Возможно, вы правы. Сюрприз… Да, возможно, все это взаимосвязано.
Цви Нешер негромко, но отчетливо кашлянул. Розовски посмотрел на него.
— Вы собираетесь таким образом искать убийцу? — Нешер даже не пытался скрыть своего невысокого мнения о способностях частного детектива. — Вот так, выясняя, чье одеяние что означало? Почему господин А нарядился зайчиком, а госпожа Б. ведьмой?
