— Выключите его, — без всякого раздражения повторил голос в трубке. — Не глядя на монитор, отсоедините питание. Выдерните из розетки вилку. Вам будет после этого хорошо. И больше не случится никаких неприятностей. Не пробуйте размышлять. Просто — СДЕЛАЙТЕ ЭТО.
Чистый модулированный баритон обладал какой-то непререкаемой убедительностью.
Рука Смирнова невольно ушла под стол, и через мгновение в ней уже был зажат извлеченный штепсель.
Прервалось шелестение вентилятора, вмонтированного в процессор. Ярко полыхнул напоследок и опустел экран. Пустота, лишенная напряжения, генерируемого кинескопом, вкрадчиво щелкнула.
— Вы выключили компьютер? — ожила трубка.
В этот момент Николая почти оставила вдруг мучившая его головная боль. Он не хотел отвечать кому-либо на вопросы. Он весь расслабился, пользуясь относительной передышкой.
Но собеседник его настаивал:
— Не спите! Пожалуйста, сообщите мне, выключен ли компьютер?
— Выключен, — прошептал Смирнов. — Выключен..
Способность соображать начинала понемногу возвращаться к нему, и через какое-то время он задал вопрос и сам:
— Откуда вам было известно, что он работал?
— Вы скоро это узнаете, — прозвучало ему в ответ. — Но в настоящий момент объяснения утомят вас. Вам выпало испытание. Тяжкое. Теперь оно позади, и единственное ваше желание спать, уснуть. И в этом я могу вам помочь. Я сосчитаю до десяти, медленно» Вы уснете, когда я произнесу — «десять». Я начинаю считать. Один, Два…
При слове «четыре» в дверном проеме появился человек в синем, бесшумно и неожиданно. Плотный комбинезон облегал его, а в руках, вытянутых вперед, проблеснула сталь.
Смирнов еще не успел осмыслить увиденное, как черный зрачок оружия наблюдал уже, как приклеенный, самую переносицу его. Целящийся человек плавным, скользящим шагом переместился влево. И так застыл без движения, по-прежнему готовый открыть огонь, только переведя пистолет чуть вниз.
…пять …шесть …семь, — ласково продолжал отсчитывать баритон в трубке.
Наверное, это я заснул раньше, чем прозвучало «десять», или же был прав, и я действительно уже давно, давно сплю, думал потрясенный Смирнов.
Еще двое людей в это время входили в дверь кабинета. Плотный коренастый майор в милицейской форме и вслед за ним — высокий в белом халате. Этот человек в белом сразу же перехватил взгляд Смирнова. Николай чувствовал: высокий изучает его, пытается для себя что-то точно определить.
…восемь, девять.
Приблизившийся майор неожиданно в один миг защелкнул на запястьях Николая наручники. Как только лязгнул замок, из трубки, которую Николай все еще держал, раздались коротенькие гудки. Стоявший неподвижно все это время человек в синем не опустил пистолет, но, кажется, чуть расслабился.
— Что вы делаете? Я совершенно ни в чем не виноват. Именно я вас вызвал… — залепетал Смирнов.
Высокий в это время раскрывал какой-то небольшой чемоданчик у него на столе.
— Нам известно, — устало произнес он, — что вы совершенно не виноваты. Такое уж теперь время. Если над тобой не смилостивится Господь и ты не отыщешь Его в собственной душе — окружающий мир обязательно так или иначе сделает из тебя монстра. Мы вот посетили сегодня восемь, невиноватых Ваше неприятное положение, — говоривший посмотрел на наручники, — скоро кончится. Вам необходимо лишь выслушать небольшую лекцию и получить укол. Это нужно, чтобы избежать или хотя бы сократить вероятность рецидива влияния, которое оказал вирус.
— Какой такой вирус?
От удивления Смирнов подался было вперед, но сразу же оказался вновь вжатым в кресло рукой майора.
— Компьютерный, — без улыбки отвечал доктор. — По мировой Сети уже второй месяц бродит, все размножаясь, маленькая программка. Ее особенность в том, что она конфигурирует спектр излучения кинескопа определенным образом. Когда она попадает на жесткий диск — в один «прекрасный» момент у пользователя, глядящего в монитор, активизируется подкорковый центр агрессии. И если этот человек переутомлен, мнителен, психически неустойчив — он уподобляется вдруг чудовищу. Его поступки перестают контролироваться сознанием. По виду он человек, а по жестокой хитрости и по силе — зверь. Да, по силе. Резервная энергия организма выплескивается вдруг вся в одном бессмысленном импульсе — разрушать, убивать, ломать. Через какое-то время сознание возвращается, но человек ничего не помнит. Около десяти-пятнадцати минут как бы выпадают из осознанной его жизни. За это время он успевает натворить дел..
