— Это — тот самый Гринев, который был влюблен в свою соседку?
— Тот самый, — глухо отозвался Прижогин. — А ведь я его предупреждал…
— Они были вместе на этом теплоходе? — сразу догадался Ястребов.
— Да.
— И вы думаете — это она?
— Не знаю.
— Вот так история! — восхитился Ястребов. — Жила-была домохозяйка, верная жена своего любящего мужа — и вдруг откуда что взялось! Заказала убийство любовницы, скрылась за границу и там столкнула за борт надоевшего поклонника. В тихом омуте черти водятся!
— А ведь я словно что-то подозревал, когда разговаривал с ними в этом самом кабинете! — сокрушенно заявил Прижогин.
— Да ладно, не расстраивайтесь вы так, — посочувствовал Ястребов. — В конце концов, каждый сам выбирает свою судьбу. Вдруг ему перед смертью удалось переспать с той, которую он любил двадцать лет подряд, и он умер совершенно счастливым? А представляете вариант царицы Клеопатры — она предлагает ему ночь любви в обмен на обещание поутру броситься за борт?
— Хватит фантазировать, мне сейчас не до этого.
— Тогда поговорим о другом. Вы уже допрашивали Зубатова?
— Да, сразу после ареста.
— Ну и?
— Выяснилась совершенно фантастическая история. Оказывается, генерал Деркач души не чает в своей дочери. Недавно ей должно было исполниться восемнадцать, и он решил сделать дорогой подарок. Поехал в ювелирный магазин «Серебряный век» и присмотрел там ожерелье за девяносто восемь тысяч долларов.
— Неплохие деньги для замначальника ГУВД, — встрял Ястребов.
— Еще бы. Но дело даже не в этом. В том же магазине в тот момент оказался и Куприянов. И надо же так было случиться, что ему тоже приглянулось это ожерелье! Наверное, хотел порадовать им свою любовницу. Собственно, Куприянов был первым — ему выписали чек, и он направился в кассу. Ничего похожего на это ожерелье в магазине больше не было, и тогда Деркач попросил его уступить.
— Могу себе представить, как он это сделал, — заметил Ястребов. — Просящий генерал Деркач — это нечто вроде вальсирующего слона…
— Не перебивай, а то не буду рассказывать.
— Молчу! Впрочем, уже догадываюсь — коммерсант отказался, и Деркач пришел в ярость. Какой-то «новый русский», из тех кого сажать надо, перешел дорогу большому милицейскому начальнику. Ну и что дальше?
— А дальше Деркач запомнил номер машины Куприянова, вернулся в управление и дал команду выяснить личность коммерсанта. После этого он вызвал к себе Зубатова и приказал любыми путями добыть ожерелье. Зубатов отправил на задание проверенных людей — Швабрина и Тулембеева, — ну а что происходило дальше, можно только догадываться. В любом случае итог известен — ожерелье было похищено и перекочевало в руки генерала Деркача. Зубатов признался, что лично передал его в руки начальнику.
— Так надо сделать обыск и арестовать Деркача!
— Вот, сижу, дожидаюсь санкции прокурора.
— Ну и история! — покачал головой Ястребов.
— Самое невероятное состоит в том, что сразу после ухода двух этих милицейских негодяев в ту же квартиру явились киллеры — выполнять заказ на убийство Оксаны. Но, как ты сам понимаешь, делать им уже было нечего.
— Ну да, менты, опередив бандитов, выполнили их работу! В какой стране мы живем, Леонид Иванович? — Ястребов закурил и принялся взволнованно метаться по кабинету. — Здесь когда-нибудь что-нибудь изменится?
— Спроси чего-нибудь полегче, — буркнул следователь и, вздрогнув от телефонного звонка, сорвал трубку. — Прижогин слушает.
Через минуту он немного просветлел лицом, положил трубку на рычаг и повернулся к Ястребову.
— Что?
— Еду арестовывать и обыскивать Деркача, — коротко отвечал следователь.
— Значит, на всей этой истории человеческой подлости можно ставить большой крест?
— Лучше постарайся поставить крест на своей манере выражаться красиво!
