Искатель, 1999 №6 полностью

Второго августа сего года я, Сидоров Игорь Вячеславович, директор частного охранного агентства «Беркут», послал к Зое Михайловне Монблан двоих охранников, Каткова Льва Ивановича и Кузькина Григория Артемьевича, с предложением работать под моей «крышей». Она отказалась. Тогда мои ребята изнасиловали ее (сей факт они, естественно, от меня скрыли) и сказали, что так будет продолжаться до тех пор, пока она не согласится с моим предложением.

Зоя Михайловна Монблан обратилась за помощью в частное сыскное агентство «Лучник», и один из работников вышеуказанного агентства, а именно гражданин Красин, приехал к ней домой, чтобы договориться об условиях работы. Квартира к этому времени по моему распоряжению была оборудована «жучками», и разговор Красина и Монблан был записан на пленку. Таким образом я узнал, что сотворили мои молодцы, и решил их проучить.

Через несколько дней ко мне явился полковник милиции Климов Константин Иванович и потребовал, чтобы я выдал насильников. Я согласился и дал адрес, по которому проживали Катков и Кузькин. Дальнейшее вам известно. Климов и Красин выполнили заказ Зои Михайловны Монблан, но сделали это таким образом, чтобы подозрение пало на меня. Очень грубая работа, Сергей Анатольевич, можно сказать, топорная. Прошу Вас разобраться в этом деле и оградить меня от необоснованных обвинений.

С уважением В. И. Сидоров

Закончив писать, Сидоров отложил бумагу в сторону и сказал:

— А теперь давайте разберемся с этим господином. — Он брезгливо указал на Линдера. — Как я понимаю…

— Чуть позже, Игорь Вячеславович, — остановил его Градов. — Мы еще не разобрались с первым вопросом.

— Это вам так кажется, а для меня все ясно как божий день, — сказал Сидоров. — Но если хотите продолжить разговор, то вызовите, пожалуйста, моего адвоката. Без него я больше не произнесу ни слова.

— В таком случае я покажу вам пленочку, — проговорил Волынский. Он включил видео, вставил кассету и нажал на пульте кнопку воспроизведения. — Надеюсь, она вас заинтересует.

Волынский оказался прав. Сидоров смотрел и слушал с явным любопытством, особенно те места, где разговор шел о его персоне.

— Вы знаете этого господина? — спросил Градов, когда в кадре появился Бовин и Катков передал ему оружие — «Макаров» с глушителем.

— Первый раз вижу.

Бовин проверил обойму, вогнал ее на место и, подумав, засунул пистолет за брючный пояс. Глушитель спрятал во внутренний карман кожаной куртки.

— Я приеду в семь тридцать, — сказал он тихо, но достаточно твердо. — Вы отвезете меня в аэропорт и после моего отлета немедленно вернетесь домой. То есть все должно идти по расписанию — встретили, обслужили, получили деньги и разбежались.

— Неплохо бы получить аванс, — сказал Катков.

— Нет проблем. — Бовин вытащил бумажник, отсчитал ребятам по пятьсот долларов. — Окончательный расчет в аэропорту.

Бовин ушел. Кузькин и Катков пересчитали деньги, разложили по карманам, но удовлетворения, какое человек обычно испытывает после хорошо проделанной работы, на их лицах не было. Скорее — озабоченность, растерянность, страх. Первым пришел в себя Катков.

— Гриша, тебе не показался этот тип… ну, странным, что ли? — спросил он.

— Он мне вообще показался, — проворчал Кузькин. — Помнишь Влада?

— Который сыскаря шлепнул?

— Да. Что он первым делом от нас потребовал?

— Фотографию этого сыскаря.

— Вот именно! И изучал ее чуть не полчаса. А этот… По чью душу он прискакал? Не догадываешься?

— Теперь догадываюсь… но не верю. Неужели Сидоров нас приговорил?

— Выходит, так.

— Но за что?

— За что, за что? — прошипел Кузькин. — А кто Зойке под жопу кнопки подкладывал?

— Так ты думаешь?

— Уверен.

— И что же делать? — в голосе Каткова прозвучал неподдельный ужас. — Бежать?