— А, старый знакомый, — Прижогин встретил Мишука на пороге отделения, — чего на этот раз натворил?
— Да вот, товарищ капитан, приставал на улице к женщинам, предлагая купить попугаев и змеиную кожу, — бодро отрапортовал сержант, подталкивая бомжа в спину.
— Чего? — изумленно заулыбался следователь. — Да откуда у этого раздолбая змеиная кожа? А попугаев ты что — на улице наловил? — Последний вопрос был обращен уже непосредственно к Мишуку, на что тот вяло пожал плечами.
— Чего мнешься, давай показывай свою змеиную кожу.
— Она не того… — откашлявшись, прохрипел Мишук, — не с собой… я ее того… на чердаке прячу.
— А где ж ты ее взял? — Следователь задавал вопросы, а все присутствовавшие рядом милиционеры с улыбками прислушивались к этому разговору.
— Ну где… это… со змеи снял…
Такое заявление вызвало множество недоверчивых усмешек.
— А змею куда дел?
— Куда… это… съел.
После этого милиционеры не выдержали, и отделение сотряс взрыв хохота.
— Ты шлангом-то не прикидывайся, змеелов хренов, — отсмеявшись, заявил Прижогин, — можно подумать, у нас тут змеи по кустам ползают.
— Почему по кустам… по асфальту, — заявил обиженный недоверием Мишук. — Чего ржете-то, итить вашу мать, правду говорю. Да это было в тот самый день, когда меня эти шалавы чуть не обоссали, — пояснил он Прижогину, — ну, я ж вам рассказывал…
— Ты хочешь сказать, что видел змею в день убийства той девушки? — мгновенно перестав улыбаться, переспросил следователь.
— Ну. Не только видел, но и убил… палкой.
— Кого — девушку?
— Ну, бля, при чем тут… змею я убил, змею… Ползла по асфальту, гадюка, прям под фонарем.
— Тогда говори толком — где, когда и как ты увидел эту змею.
— Так чего говорить-то, все ж и так ясно…
И Мишук вкратце поведал то, о чем не рассказал следователю во время их недавней встречи. После того как три «шалавы», разбудив, выгнали его из кустов, он немного пошатался по окрестностям, а потом снова решил лечь спать и вдруг увидел, как по асфальтированной дорожке неподалеку от одного дома ползет змея. Мишук мгновенно подумал о том, какую ценность представляет змеиная кожа, нашел палку и отважно убил змею точным ударом по голове.
— Ну и где это было? Возле какого дома? — с заинтересованной настойчивостью продолжал расспрашивать Прижогин. — Сможешь показать?
— Показать? — Мишук задумался, и вдруг его осенило. — Ну блин, конечно, я ж там сегодня был! У меня в этом доме кореш живет, Эдик… Попугаев до хрена, а говорил, что и змеи есть… Наверное, эта гадюка от него и уползла.
На пульте дежурного раздался звонок, и спустя пару минут он окликнул Прижогина.
— В доме по Живописной бытовой скандал. Звонят соседи, говорят, что слышали, как кто-то кричал «убивают».
— Хорошо, — кивнул следователь, — я сам съезжу. Поедешь со мной, а потом покажешь тот дом.
Впрочем, «тот» дом оказался именно «этим» домом, о чем Мишук заявил сразу же, как только милицейская машина остановилась у подъезда.
— Ничего не путаешь? — лишний раз поинтересовался Прижогин, узнав подъезд, в который направлялась убитая в тот вечер девушка.
— Не путаю, — твердо заявил Мишук, — да вон же окна, откуда орут… Там Эдик живет. Может, с женой чего не поделили? — вспомнив грозную супругу своего вчерашнего знакомого, он слегка поежился, решив, что не хотел бы быть на его месте.
Судя по крикам, доносившимся из открытых окон, Эдик был сегодня явно не в форме и не сумел уложить свою благоверную «с двух ударов». Дверь в подъезд была уже открыта, поэтому Прижогин в сопровождении двух милиционеров быстро поднялся на третий этаж. После требовательного звонка и окрика: «Откройте, милиция» голоса смолкли, и в квартире послышалась яростная возня и звуки глухих ударов.
Следователь уже хотел было скомандовать, чтобы взломали дверь, как она распахнулась и на лестничную площадку с диким воем выскочил окровавленный мужичок.
— А, милиция! — радостно завопил он, мгновенно юркнув за спину Прижогина. — Вот теперь ты попалась, бегемотина, вот теперь тебе покажут!
Дверной проем закрыла массивная туша разъяренной женщины. Увидев милицейские фуражки, она попыталась было захлопнуть дверь у них под носом, но Прижогин был настороже и успел вовремя подставить ногу.
— Не имеете права! — грозно завопила она. — Предъявите ордер на обыск!
— Предъявим, предъявим, — сквозь зубы пробормотал Прижогин, делая знак своим подчиненным оттеснить женщину в сторону. Пока она что-то вопила, он быстро прошел по комнатам. В маленькой, как и говорил Мишук, находились клетки с тревожно верещавшими попугаями, зато большая имела гораздо более опасный вид — в одних, закрытых сверху, аквариумах, переплетясь клубком, грозно шевелились змеи; в других ползали ящерицы, а в большой клетке неподвижно сидел крупный варан.
— Ну и зверинец, — присвистнул один из милиционеров, — а если они вдруг расползутся?
— Ха, расползутся! — чему-то обрадовавшись, вскричал Эдик, который, осмелев в присутствии милиционеров, тоже проник в квартиру. — Да эта бегемотина убить меня хотела, змеей кидала, но промахнулась!
— И что? — быстро спросил Прижогин, поворачиваясь к нему. — Змея-то куда делась?
