Повисла пауза. Бармен, насупившись, слушал, и настроение его заметно ухудшалось.
Кирюхин изобразил на лице скуку и легкое презрение.
— В противном случае за вас мои деньги вернет Руслан Пастухов, — заявил он.
Физиономия Сенцова стала багровой, губы задрожали, дыхание участилось, ноздри затрепетали, по скулам заходили желваки. Казалось, еще секунда, и бармен накинется на собеседника. Но. он с трудом сдержал себя. Затем молча вынул денежные купюры из кармана и выложил на стойку.
На этот раз саркастически усмехнулся сыщик.
— Имейте в виду, запись я сохраню, — предупредил он и опустил деньги в карман. — Надеюсь, мы останемся добрыми приятелями. Ну а деньги — как приходят, так и уходят. Не жалейте о них.
Кирюхин покинул помещение бара и оказался в фойе, где увидел выходящих на улицу Светлану Никольскую и Федора Лукашина.
А в этот момент два русоволосых парня, с виду ничем не примечательных, вышли следом. За дочерью Казимира Пуришкевича велось скрытое наблюдение сотрудниками детективного агентства «Пинкертон».
Кирюхин вынул из кармана смартфон и позвонил Лукашину. — Слушаю, — откликнулся тот.
— Федор, я хочу, чтобы наш разговор не слышала твоя спутница.
— Сейчас сделаем, — ответил Лукашин. Возникла небольшая пауза, затем журналист продолжил: — Теперь мы можем говорить.
— Надеюсь, тебе не нужны лишние проблемы?
— Их у меня и так предостаточно.
— Поэтому дружеский совет: немедленно прекрати встречаться со Светланой.
— А в чем дело?
— Она дочь Казимира Пуришкевича. Знаешь его?
— Я с ним не знаком, но слышал, что он крупный финансовый магнат, — проговорил Лукашин. — Я не претендую на его богатства. Мне своего хватает. К ней у меня чисто мужской интерес. Насколько я понимаю, у нее ко мне тоже…
— Ну, гляди, я тебя предупредил. Как бы не пришлось, потом горько сожалеть.
— Не преувеличивайте опасность. С девушкой я как-нибудь сам разберусь.
Когда Кирюхин скрылся из виду, Макс Сенцов дал волю своим эмоциям и выпустил в его адрес несколько нелицеприятных слов. Внутреннее равновесие бармена было нарушено, а самолюбие уязвлено. Чтобы успокоиться, он налил полстакана виски и залпом влил в себя. Теперь этой записью Кирюхин будет держать его на крючке, используя как «шестерку» в собственных интересах. И где гарантия, что частный сыщик не заложит его при любом удобном случае.
Он понимал, что попал впросак, поэтому искал какой-нибудь выход, чтобы с достоинством выбраться из опасной ситуации, в которую по своей жадности и глупости вляпался. Чем больше он думал об этом, тем агрессивнее становился. Наполненный ненавистью и злостью к сыщику, он позвонил Жанне Муромцевой.
На улице Камиллу Королькову окликнули из внедорожника бордового цвета. За рулем она увидела Якова Бейлиса, и сердце ее заколотилось от негодования.
— Садись в машину, — потребовал он.
Камилла села в автомобиль и с возмущением выплеснула:
— Вы опять встречаете меня возле дома. Прекратите преследовать. Иначе я пожалуюсь своему парню.
Его глаза холодно блеснули.
— Ты мне угрожаешь, маленькая дрянь, — ледяным тоном сквозь зубы процедил мужчина. — А я ведь могу убить тебя.
Камилла побледнела и поняла, что не в силах ему противостоять.
— Простите меня, — в испуге вымолвила она, прижавшись к спинке сиденья и наблюдая за ним. — Я уже вам все рассказала. Что вы хотите от меня?
Бейлис показал ей фото.
— Знаешь этого типа?
— Да. — Руки ее затряслись от волнения.
— Я знаю, чем ты занимаешься, — произнес он. — Теперь будешь выделывать кульбиты под моим контролем.
— Не поняла, — выдавила она из себя.
— Сейчас все объясню, — сухо изрек он. — Твой спонсор занимается запрещенным промыслом: съемка сексуальных оргий и распространение порнофильмов в нашей стране запрещены уголовным законодательством, — проговорил Бейлис. — Поняла?
— Да, — в испуге буркнула она.
— Так вот, ядам тебе одну штучку, и ты будешь записывать на нее все разговоры с Пастуховым.
— Зачем это вам?
— Много будешь знать, долго не проживешь, — сказал он. — Не задавай глупых вопросов.
— Если он узнает, то мне конец.
— Верно. Поэтому только от тебя зависит твоя драгоценная жизнь, — проговорил он. — Не надо было впутываться в сомнительные дела.
Камилла заплакала.
— Почему вы ко мне привязались? Я просто хочу устроить свою жизнь.
— Ну что ж. Жизнь — нелегкое занятие, а труднее всего первые сто лет.
— Вам легко иронизировать, а страдать буду я.
— Мне часто приходится делать людям больно, чтобы потом им жилось хорошо, — проговорил он. — Делай что я говорю, и избавишься от проблем.
— А может быть, я познакомлю вас со своей подругой, — неожиданно выпалила она. — Жанна красивая женщина и нуждается в надежном друге. А вы как раз тот смелый и сильный мужчина, который ей нужен. Поверьте, если вы познакомитесь с ней, не пожалеете.
— Жанна — знакомое имя, — произнес он. — Вы имеете в виду Жанну Муромцеву?
— Да, — удивилась Камилла. — Откуда вы ее знаете?
— Видел однажды. Ну что ж, я не возражаю. Познакомь меня с ней.
— Тогда поехали, я знаю, где она сейчас.
— Ну что ж, поехали, — сказал он, и внедорожник тронулся с места.
