— Используй на здоровье, если нравится, — сказал я и показал палец вверх. — У меня ещё такого добра из народного фольклора предостаточно. Как-нибудь расскажу.
Хм, а это, оказывается, очень приятно, когда можно без опаски рассказывать о своём старом мире. В конце концов, это важная часть моей жизни. Хотя бы с друзьями не скрывать её — невероятная радость. Мне даже как-то спокойнее стало, стоило раскрыть перед семьёй все карты.
Илин вздохнул и пожал плечами.
— Не подумай, что я оправдываю его, но вот тебе моё монашеское наблюдение со стороны, — сказал он и подошёл ближе. — В Данзеле чувствуется ревность и желание защитить своего товарища, нежели реальная злоба. Не думаю, что он хотел бы кого-то обижать. Сорвался — да, но, возможно, он ещё извинится перед тобой и искренне раскается. Такое у меня сложилось представление об этом Жреце.
Я кивнул и вздохнул.
— Ну, отчасти я понимаю, что его могло задеть, но я же лично не делал ему ничего плохого. А он ещё и баронессу приплёл, чуть ли не залезая к ней в постель. Не ему решать, кому она должна отдавать предпочтения, даже если это ревность, — сказал я. — Но да, он мне тоже не показался совсем уж гнилым человеком. Да и в прошлом рейде он был на уровне…
— Да? Он тоже там был? — удивился Илин. — Тогда почему он даже не поздоровался и смотрел на тебя с такой неприязнью? Ты же отлично себя показал!
Тяжело вздохнув, я пожал плечами.
— Может, забыл меня… — Я задумчиво почесал подбородок. — Но он профессионал, это точно. Исправно выполнял обязанности, был замкомандира… А когда командира убили — взял руководство на себя. И что важно — весь его отряд остался в живых. Ну да ладно, посмотрим, как дальше повернётся.
Я вздохнул, бросил взгляд на палатку и дружески хлопнул Илина по плечу.
— Пойдём-ка, дружище, проверим наших гоблинских приятелей. Надеюсь, без нас с ними ничего не случилось.
Монах молча кивнул, и мы направились к палаткам бойцов ближнего боя.
Найти Дректара и его гоблинов оказалось довольно просто — они собрались в одном месте. Выглядел народ довольно бодро, можно даже сказать, что они стали куда более весёлыми, чем были неделю назад. У всех приподнятое настроение и нет ни капли пораженческого духа. Вот это я понимаю — настоящие воины! Не зря всё же взял их с собой.
Я поздоровался с Дректаром, который, увидев меня, тут же подбежал и облегчённо выдохнул, радостно пожав мне руку. Не теряя времени, он поспешил продемонстрировать достижения своей группы, проводя, так сказать, смотр войск.
Большинство гоблинов сумели повысить уровень, каждый теперь более умело обращался с оружием, и у них было достойное построение и дисциплина. Что самое важное: никто из армии Мароны не обижал гоблинов. Наоборот, все тепло их приняли, создавая единую атмосферу боевого братства. Так что жалоб ни у кого не было.
Отойдя в сторону, я рассказал молодому вождю о том, что видел на задании. Скрывать от лидера немалого отряда важные сведения не имело никакого смысла. Чисто технически он более опытный командир, чем я, поэтому можно было бы и обменяться мнениями с таким серьёзным человеком.
Дректар внимательно слушал, но достаточно сильно помрачнел, когда я рассказал ему об орках, их лидере и количестве других монстров во вражеской армии. Что важно — самообладания он не терял, так что разговор вышел конструктивным. Вот бы Данзель умел так же хладнокровно рассуждать…
Мы также обсудили предстоящую битву и возможную тактику их сводного отряда. Попутно я выслушал, чего гоблинам не хватает из припасов и важного военного снаряжения. Хм, надо будет сказать об этом Мароне.
Некоторые вещи гоблины могли делать сами, и я хотел было им помочь материалами из личных запасов, но в самый неожиданный момент за мной пришла Мэриголд. Она выглядела спокойной и радостной, когда сообщила, что баронесса просит меня вернуться в шатёр для дальнейшего обсуждения военных планов. Да, сначала просят убраться, теперь зовут обратно — где тут логика? Или она так мягко намекает, что выписала хороший пистон Данзелю? Если так, то я полностью удовлетворён и ни о чём не жалею.
Ладно, пора пойти и наконец закончить начатое. Надеюсь, в этот раз разговор будет более конструктивным, и никто не захочет ругаться со мной или кем-то ещё.
У шатра баронессы толпились многочисленные слуги и горничные, оживлённо что-то обсуждая. Завидев нас, они поспешили отойти подальше, чтобы не мешать проходу. Внутри палатки меня встретила Марона с очень неожиданным гостем — Данзелем, который стоял в стороне со скрещенными на груди руками и смотрел на меня. Однако ничего не говорил, да и не выглядел уже таким дерзким.
Марона вежливо улыбнулась и кивнула. Я поступил так же и поклонился.
