Армия Мароны выглядела измотанной, выжатой до последней капли сил, но лица тех, кому повезло выжить, расслабились; напряжение, висевшее в воздухе последние дни, наконец-то спало. В глазах читалось облегчение, смешанное с усталостью и горем по павшим товарищам. Те, кто пережил эту ночь, собирались завтра, если всё пойдёт по плану, смогут вернуться домой, к своим семьям. К привычной жизни, которая теперь, конечно, никогда уже не будет прежней. Кто-то получит свою долю платы за риск, кто-то долю добычи. А кто-то, возможно, новый уровень, который даст больше шансов выжить в следующий раз.
Мы шли прямо по линии укреплений, переступая через обломки и тела. Посреди уставших, но счастливых, празднующих победу людей в самом центре толчеи промелькнула женская белокурая голова. Амалиса пробиралась сквозь радостную хаотичную неразбериху, и, завидев нас, сразу метнулась в нашу сторону. Подбежав, поддержала Илина под другую руку, вцепилась крепко, почти по-детски, словно боялась, что он исчезнет.
Когда мы коротко, без лишних деталей, рассказали итоги боя и, что произошло с убийцей, который напал на меня, и что он сказал перед смертью, её лицо мгновенно побледнело. С него сразу же исчезла юношеская беззаботность, а в сияющих глазах, светящихся радостью, на миг мелькнуло что-то взрослое, тяжёлое. Страх.
Через пару минут к нам присоединился Дректар. Я сразу заметил его в толпе. «Жив, и это главное», прямо написано на лице, хотя сам выглядел так, будто по нему прошлись не только монстры, но и кувалдой порядочно так поработали. Весь в крови, чужой ли, своей, не разобрать. Броня помята, в зазубринах, кое-где пробита. Движения скованные, видно, что болит всё тело, но на ногах держался.
Я шагнул вперёд, навстречу, и крепко, по-мужски, пожал руку будущему зятю. Шершавая, сильная ладонь сжала мою в ответ.
— Рад видеть тебя живым, вождь, — улыбнулся я, глядя ему прямо в глаза. — Как твои бойцы? Держитесь?
Молодой хобгоблин попытался выдавить ответную улыбку. Получилось слабо, скорее гримаса.
— Победа вышла… славной, — выдохнул он, но мне-то понятно, для него это сейчас просто слово, обозначающее конец бойни. Не праздник. Не триумф. — Потерял двоих. Дак’у’Ло и Каг’у’Гори. Хорошие воины… были, — он помолчал, взгляд стал тяжёлым. — Хорошие друзья.
Я молча положил ему руку на плечо.
— Скорблю вместе с тобой, брат.
Дректар судорожно, тяжело вздохнул, казалось, собирал себя по кускам. Но затем, будто стряхивая с себя слабость или отгоняя мысли о потерях, выпрямился. В голосе вновь зазвучала сила вождя, пусть и немного надломленная болью.
— Мы скоро начнём погребальный обряд, Окажите честь, поприсутствуйте на нём. Для нас это важно.
— Я бы… — на мгновение замолчал, взвешивая слова, покачал головой. Не время для обрядов, как бы важны они ни были. — Боюсь, на этом всё не закончилось, Рек. Победа над ордой — не финал, а лишь передышка.
Коротко, без лишних эмоций или деталей, я рассказал ему о нападении убийцы. О том, что тот сказал перед смертью, и о том, почему это теперь напрямую касается нас всех. Говорил быстро, чётко. Оценку ситуации дам позже.
Дректар слушал, нахмурившись, лицо стало непроницаемым, сосредоточенным.
— Удвоим охрану в поместье Мирид, — наконец принял решение он, глядя мне прямо в глаза. Взгляд стал твёрдым, решительным. — Никто не подойдёт к моей сестре и её ребёнку. Клянусь.
Он низко поклонился. Это выглядело отнюдь не театральным жестом, а искренним знаком уважения и благодарности за предупреждение.
— Сожалею, что вынужден ускорить сожжение Дака и Кага. Хотя для нас обряд очень важен, но ждать нельзя. Через час собираемся и отправляемся домой.
— Спасибо, брат, — я снова крепко сжал ему ладонь.
Амалиса осталась с Дректаром. Им обоим нужно время для прощания с павшими, и для сбора тех, кто остался. Но мне там не место.
Мы с Илином оставили их одних и направились дальше, искать Марону. Ей необходимо сообщить новости в первую очередь.
Нашли баронессу недалеко от укреплений, там, где работали медики. Она осматривала тяжелораненых, тех, кому даже после магического исцеления требовалась долгая реабилитация. Кто-то потерял конечности, ампутированные прямо на поле боя, кто-то получил уродующие, страшные травмы лица или тела. Даже самая сильная магия не способна полностью это исправить без дорогостоящего и редкого вмешательства высокоуровневых алхимиков или целителей с редкими, уникальными дарами.
Жуткое зрелище.
Марона выглядела измождённой, но держалась. Спина прямая, плечи расправлены. Невероятная собранность и внутренняя сила стальным стержнем поддерживала усталое тело.
Мне не хотелось сразу же валить на неё новые проблемы, тревожить новостью о надвигающихся угрозах. Она заслужила хотя бы несколько минут покоя, но тянуть нельзя. Чем быстрее она узнает, тем быстрее начнёт действовать.
