Правитель Империи Солнц нахмурился и Мацуто уже пожалел о заданном вопросе, когда император неожиданно щелкнул пальцами и на пороге появился его секретарь. Повинуясь жесту правителя, тот поднес Томано стержень информносителя и замер рядом. Мацуто покосился на секретаря и взяв стержень вставил его в паз наручного коммуникатора, вздрогнув от легкого разряда височного датчика, который отправил информацию ему прямо в мозг. Томано не очень нравился такой способ получения информации, у него после подобной закачки всегда создавалось ощущение вбитого в висок гвоздя, да и голова ныла несколько часов. Куда удобнее было включить режим чтения после чего, расположившись в удобном кресле, закрыть глаза, и не торопясь вникать в слова звучащего в голове голоса или просматривать кадры видео, возникающие перед внутренним взором. А можно было вообще уйти в пространство виртуальной реальности и тогда получаемая информация может предстать в любом желаемом виде. Хочешь, это будет книга с картинками, а хочешь, очаровательная блондинка, которая тебе все подробно расскажет, а попутно сделает расслабляющий массаж. К сожалению, большинство информации приходилось получать прямым посылом в мозг. Томано вздохнул и, прикрыв веки, несколько секунд переваривал усвоенную информацию, затем открыл глаза и удивленно посмотрел на императора.
- Это невероятно, - наконец пробормотал он. - Я всегда считал, что она просто новая модель боевого андройда, к тому же она так ловко расправилась с одним из них, не считая нескольких наемников.
- И это тоже, - император жестом отослал секретаря прочь.
- Но мой господин, я все же не понимаю...
- Гены, - коротко бросил император. - Все дело в генах.
- Вы хотите сказать...
Император покачал головой.
- К сожалению, я стар и ни какие генные примочки мне уже не помогут.
- Но тогда зачем?
Император несколько минут внимательно смотрел на Томано затем ответил:
- Она должна была стать матерью для будущих наследников, а затем умереть, чтобы сохранить эту тайну. А тот из сыновей, кто унаследовал ее гены и способности, унаследовал бы и мой трон.
- Но разве нельзя вырастить новую? - удивился Мацута.
- К сожалению, нет, - покачал головой правитель. - Во-первых, Курозаки не оставил записей, во-вторых, даже ему удалось вырастить жизнеспособный экземпляр лишь после десятка годов напряженной работы и если бы не его чертово человеколюбие и совесть...
Мацута выходил из дворца несколько ошарашенный. То, что задумал Император, было несколько необычно. Действительно если детям передадутся свойства матери, то род императора станет поистине бессмертным - этакая раса божественных сверхлюдей. Томано покачал головой. Если этим воспользоваться как надо, то возможно и сам Мацута войдет в число приближенных этой новой расы, а значит, получит и толику их могущества, а может..... Томано нервно оглянулся и постарался поскорее выкинуть мелькнувшую мысль из головы.
Четыре года жизни в академии пролетели практически незаметно. Первые месяца девушка постоянно боялась, что, несмотря на все уверения Дорнера, ее либо вышлют из системы, либо отыщут имперские охотники. Однако месяц шел за месяцем, а ничего подобного не происходило. Мало того постепенно Лаймалин все больше стала осознавать, что Земляне отличаются от Имперцев не только своей необычной техникой, жизненным укладом, но и моральными принципами. Куратор не зря тогда сказал что в "Искателе" своих не бросают. Этим непривычным для нее лозунгом был буквально пропитан весь дух академии, это же им постоянно, как бы невзначай, вдалбливали на лекциях и практических занятиях. И через год Лайм была уверена, что случись какая неприятность, ее новые друзья, а если понадобиться и вся мощь академии, придут на помощь. Это было непривычно. Воспитанная в другой среде, культура которой основывалась на клановых традициях, где все личные интересы чаще всего были принесены в жертву служению главе клана и Императору, где существовала строгая иерархия, а каждый неверный шаг сурово карался, где жизнь рядового гражданина ничего не стоила... И вдруг она оказалась в мире, где даже клонов ставили в один ряд с обычными людьми, в мире, который давно позабыл что значит война, бедность и эпидемии, в мире, где окружающие готовы в любую минуту прийти тебе на выручку. Конечно, девушка понимала, что слишком идеализирует этот новый для нее мир, увы, и в нем было много своих противоречий, бед и горестей, но Лайм старалась видеть лишь хорошее.
