— Какие люди! Какая встреча! Мне крайне интересно, что вы здесь делаете, госпожа Комнина?! — В этот момент в Комгалла полетело еще несколько шипов, от которых он так же легко увернулся. — Вы так же по собственной инициативе решили избавиться от столь неудобного Тависа? Тоже заподозрили его в предательстве? Или, когда все заняты делом, вас потянуло отведать лучшие вина семьи Тенебрисов?
Чародейка не ответила. Вместо этого она сотворила еще несколько шипов, отвлекая демона, и пошла на сближение. Прошло всего несколько мгновений, как она смогла сократить половину расстояния и ударила по нечисти еще одним заклятием.
В этот раз из ее рук вылетело копье. В полете оно раскололось на три стрелы, которые тут же ускорились, направив наконечники прямо в сердце демона.
Комгалл попробовал увернуться, однако в этот раз даже нечеловеческая реакция не смогла спасти его от магических снарядов.
Вот только им было не суждено пронзить сердце чудовища. Он все же сумел отчасти среагировать на выпад чародейки, и стрелы угодили в плечо и шею. Прошли насквозь, оставив едва заметные дырки, из которых хлынула черная кровь. Обычного человека такие раны должны были убить, но для демонов, тем более для тех, кто вселился в мертвое тело, горло совершенно не являлось слабым местом.
Поморщившись от неприятного покалывания, Комгалл едва успел отскочить в сторону. Быстрый удар сотворенным из энергии клинком пронзил то место, где мгновение назад стоял демон. Он хотел было оскалиться чародейке в ответ, но повторный выпад тут же заставил его передумать.
Тварь из другого мира и одна из защитниц Моравола закружились в смертельном танце. Элайна показала, что ее сила не только в магии, демон же доказал, что его когти могут противостоять даже сотканной из энергии стали. И вместе с оружием в их руках, в танец вмешивались различные заклятия, которые обе стороны применяли с завидным для большинства смертных мастерством и упорством.
Их схватка зачаровывала, заставляла приковать к себе взгляд и, не отрываясь, следить за противниками, но у чародеев, стоявших в стороне, были другие планы. Вручную разгребая завал, они пытались добраться до Мильвы.
Андриан работал руками, потому что чувствовал — частое использование магии может сыграть с его измученной душой злую шутку; Оттон же… полутролль справедливо посчитал, что грубой силой сможет справиться лучше, чем телекинезом, которым едва владеет.
Геомантка едва заметно зашевелилась и открыла глаза. Увидев над собой крупный обломок стены, она грязно выругалась. Чародеи, услышав ее голос, облегченно вздохнули и дружно согласились, что ругательства были более чем уместны.
Прошло еще несколько секунд, и адепты высвободили подругу из-под завала и помогли ей встать. Что тут же выявило еще одну проблему. Мильва вскрикнула и, едва не упав, зацепилась за Оттона.
— Что случилось? — Спросил полутролль.
— Нога, — поморщившись, ответила Мильва. — Что б ее. Кажется, сломана…
— Обычный ушиб, — фыркнул Андриан, машинально осмотрев ауру геомантки. — Пройдет через полчаса.
Мильва едва сдержалась от того, чтобы в очередной раз высказать о чародее все, что она думает.
— Надо бы помочь… — неуверенно пробормотал Оттон, указывая на Элайну и Комгалла. Точнее на два размытых пятна, в которых иногда можно было узнать противников. Они двигались так быстро, что человеческий взгляд оказался просто не в состоянии распознать их.
— Единственное, чем мы можем помочь — не мешать.
Андриан оперся плечом о стену и стал внимательно оглядывать кабинет Тавискарона. Заклятия демона, летописца и чародейки изрядно испортили его внешний вид, однако даже это не помешало юному чародею проявить интерес к рабочему кабинету настоящего мага. Он старался не упустить ни единой детали, запоминая то, как устроено рабочее место человека, который играет далеко не последнюю роль в жизни не только города, но и всего герцогства.
Запомнить на будущее, чтобы знать о предполагаемых врагах как можно больше, когда он — как и любой взрослый чародей — начнет участвовать в политической борьбе Моравола.
— И мы будем просто стоять? — Спросила Мильва, словно невзначай.
— Можешь броситься к ним под ноги, — Андриан пожал плечами. — Посмотрим, что от тебя останется.
Геомантка недовольно фыркнула, но не сказала ни слова против. Она уселась на один из камней и принялась наблюдать за боем, пытаясь разобрать в нем хоть что-нибудь.
Оттон чувствовал себя неловко. Он рвался помочь Элайне, но знал, что Андриан прав — единственное, чем они могут помочь — просто стоять в стороне и не мешать. Стоит ему вмешаться и столкнувшиеся друг с другом противники, даже не заметят, как сотрут его в порошок. Тем более, что магия, которая срывалась с их рук, совершенно не разбирала врагов и союзников. Ей было все равно. Стоит заклятиям столкнуться с адептами и от них не останется совершенно ничего. Разве что кровавое пятно.
— А они не заденут нас? — Наблюдая за заклятиями, спросил Оттон, поежившись.
