Заклятие Эниды не смогло навредить Личу. Оно просто погасло, столкнувшись с магической защитой, оставляя опаленным пол вокруг него. Точно такой же эффект был и у наемников, которые не атаковали сразу после удара чародейки. Однако это касалось только тех, кто владел магией. Остальные же и не подумали вступать в бой, они подняли щиты и постарались укрыть ими не только своего нанимателя, но и товарищей.
— Сдавайся, выродок! — прокричал Элий, вновь укрываясь за спинами наемников. Он посмотрел на опустевшие шкафы, в которых минуты назад находились опасные артефакты, и выругался. У него совершенно не осталось оружия, которое может навредить трущобному герцогу.
Однако Лич, не спешил реагировать ни на выкрик Элия, ни на атаку его чародеев. Магическая защита, помноженная на века тренировок и изучения Искусства, не давала им ни шанса одержать верх над чернокнижником.
Нет, вместо атаки Лич старательно оглядывал чародейку и пытался понять, что именно в ее чертах кажется знакомым. Но как он не напрягал память, ему не удалось выяснить, где он мог ее видеть. Пока не вспомнил, как к ней обращался Элий.
— Дочь Рейнора… — пробормотал он, и его глаза вспыхнули огнем. Нарочито медленно Лич направился к Эниде, распространяя вокруг себя мистическую ауру страха. — Что здесь забыл его отпрыск? Не важно… раз уж ты пришла ко мне сама…
Энида отступила еще на несколько шагов назад, незаметно для себя подчиняясь ужасающей ауре трущобного герцога, и ударила сразу несколькими заклятиями. Не утруждая защиту, Лич принял их на мистический посох, который тут же довольно заурчал, поглощая вложенную в заклятия энергию.
— Помоги мне! — Крикнула она, повернувшись к чернокнижнику, но с удивлением обнаружила, что Блэйд пропал. Колдун, который преследовал ее с самого утра, не давал спокойно пройти, таскавшийся по всему городу и следующий за ней даже тогда, когда чародейка гнала его прочь, пропал в самый важный момент.
Бросил ее одну в руки, возможно, самого опасного чародея Моравола.
Она сделала еще шаг назад и уперлась в стену. Сложив ладони клином, Энида направила их на колдуна, и в этот момент из ее рук вырвался поток магического пламени. Заклятие, которое чародейка совершенно не собиралась использовать в этих стенах. Однако сейчас у нее не было выбора, и она надеялась, что подобная магия сможет истощить вражескую защиту.
Увидев, как Трущобный Герцог выходит из пламени невредимым, когда весь коридор вспыхнул как спичечный коробок, она почувствовала обреченность. Глядя на старика, чародейка понимала, что у нее нет никаких сил справиться с тем, кто уничтожил почти весь отряд элитных наемников и даже не почувствовал истощения. Кто держит в страхе добрую половину города, и мифы о ком ходят едва ли не с самого основания Моравола. И так же обнаружила у себя необъяснимый страх, словно перед ней сейчас стоит не обычный чародей и старик, пусть и очень сильный, а кто-то куда более могущественный. И древний…
Страх давил на нее тяжким грузом и едва ли не буквально выворачивал все внутренности.
— Говорят, кровь таких как ты способна на многое, — произнес колдун, оказавшись перед чародейкой на расстоянии вытянутой руки. — Всегда хотел узнать — правда ли это.
Энида отошла на шаг в сторону и, вскрикнув, упала. Она запнулось о тело мертвого наемника, про которого совершенно забыла, подчиняясь влиянию ауры чернокнижника.
— Ты совершенно не похожа на своего отца, — прокомментировал Лич, глядя на Эниду. — Я знал его, знал его ярость. Даже не верится, что столь трусливое создание может быть его дочерью. Хоть ты и выбрала пламя, в качестве своей стихии…
— Трусливое? — обвинения в трусости подействовали на нее как ушат холодной воды, прогоняя наваждение. Чародейка, тут же почувствовав хорошо знакомую злость, мгновенно поняла, в чем причина ее неожиданных эмоций, и рассмеялась. — Не трусливее тебя! Что, в постели у тебя так же? Вызываешь влечение магией?
Лич впервые за долгое время удивился неожиданной реакции чародейки и едва не получил заклятием по лицу. Он в последний момент успел заслониться посохом, заметив, что по глупости своей подошел достаточно близко, чтобы магическая защита не заметила чужую магию.
Энида схватила клинок, валявшийся возле трупа, вскочила на ноги и направила заточенное острие прямиком в шею герцога. Лич среагировал мгновенно. Он отскочил в сторону и ударил посохом. Череп на навершие в опасной близости оказался у шеи чародейки и клацнул зубами, едва не впившись в артерию, однако, как и ее противник секунды назад, пиромантка сумела избежать встречу с мистическим оружием, уйдя в сторону.
— Вижу, капля от Рейнора в тебе все же есть, — проскрипел Лич, отходя на шаг назад.
— Ублюдок здесь не при чем, — фыркнула чародейка и, обхватив клинок обеими руками, добавила. — Я и без его отравы в крови способна расправиться с таким, как ты.
