— Ты позоришь своего отца, чародейка, — произнес Лич измененным магией голосом. — Бесполезная, глупая и не умеющая подбирать врагов. Рейнор такой же вспыльчивый, гнев в истинном его проявлении, но в отличие от тебя, даже он знал, когда нужно отступить. Что ж… раз ты здесь, значит он разочаровался в своей дочери и выбросил ее из Рондолина.
— Ублюдок терпеть не может Рондолин и не живет там, — пытаясь подняться на ноги, из последних сил произнесла Энида. — И не он меня выгнал! Я! Ушла! Сама!
Он зарычала и отправила в противника еще одно сильное заклятия, вкладывая в него большую часть оставшегося резерва. Алое пламя столкнулось с защитой колдуна, пробило ее, но оставшейся в заклинании силы вновь хватило лишь на то, чтобы немного опалить его одежду.
Выругавшись в который раз, Энида обессиленно упала и с ужасом в глазах стала наблюдать за приближающимся к ней Трущобным Герцогом.
— Ты глупа, если решила не скрывать, кто приходится тебе отцом, — проскрипел Лич, подойдя к чародейке и занёс посох для удара. — У Рейнора полно врагов, за его кровью охотятся по всему миру, и наследница не могла не знать об этом.
Лезвие костяного жезла стремительно рванулось вниз и… уперлось в неожиданно появившийся вокруг фон Рейнор купол, сотворенный магией Тьмы — еще одного южного Первоначала.
— Кто посмел?! — В голосе Лича вместе со скрипом начала проявляться злость.
— Ее время еще не пришло, господин герцог, — раздался насмешливый выкрик со стороны. Обернувшись, Лич увидел одетого в черное парня лет семнадцати. Он выглядел изрядно потрепанным. Одежда разорвана в нескольких местах, лицо превратилось в один большой синяк, левая рука висела плетью. Было видно, что молодой чернокнижник едва стоит на ногах, однако его резерва казалось достаточно, чтобы сдержать древнего мага на еще несколько критичных минут.
Лич вновь взглянул на защитный купол, затем перевел взгляд на его создателя и проскрипел:
— Я убью тебя, заключу твою душу в артефакт, а голову отправлю в Рондолин. Тьма будет «рада» этому подарку.
— Тьма не единственная моя хозяйка! — Слишком храбро для едва живого человека отозвался Блэйд. — И, если ты немедленно не свалишь, я отправлю тебя в Пустоту, где ты познакомишься с моим истинным господином!
Ответить Лич не успел. В этот момент демон, что сражался с Элайной, заполучил посох и начал трансформацию. Темная энергия хорошо ощущалась даже на окраине площади. От нее сводило зубы и перехватывало дыхание. Глаза начинали слезиться.
У обычных людей. Лич же просто ощутил, как нечто чужеродное касается его сущности и повернул голову в сторону Комгалла. Прищурившись, он увидел, как большая часть людей отправляется в цитадель, нахмурился, осознавая, что сейчас на его пути появится много лишних преград, и перевел взгляд на купол, который до сих пор закрывал фон Рейнор.
— В этот раз тебе повезло, наследница, — хмуро заявил он. — То, зачем я пришел, гораздо важнее крови Рейнора.
Сказав это, маг широким шагом направился к цитадели. Дождавшись, пока герцог отойдет на достаточное расстояние, Блэйд снял купол и рванулся к обессиленной чародейке.
Моравол, подступы к Площади Архимага, 20:52
Гвардия не стала сразу бить во фланг нищих, штурмующих проход на площадь. Сначала Вортигерн приказал полностью окружить их и только после этого дал сигнал к атаке, надеясь перебить или арестовать всех атакующих.
Врагов было много, и все они оказались вооружены слишком хорошо для простых нищих. Легкие зачарованные доспехи, мечи и топоры способные пробить неплохую броню и целая куча защитных артефактов, благодаря которым у отряда гвардии и появилась потребность вызвать подмогу. В большинстве случаев они не могли нанести урон и были вынуждены понемногу, но все же отступать и нести потери.
А еще было видно невооруженным взглядом, что среди нищих присутствовали слабые маги. Как они могли обучиться искусству Вортигерн не задумывался. В этот момент он думал о том, что после сегодняшнего дня ему придется обратиться к Августину и уговорить его отдать приказ разобраться с трущобным герцогом, который, как оказалось, существует и может создать небольшую армию внутри городских стен.
Отдав приказ к атаке, лорд-командующий первым ринулся вперед и ворвался в толпу не подготовленных к ударам в тыл плохо организованных преступников.
Первой его жертвой стал мужчина в зачарованной кольчуге, лицо которого было покрыто следами недавно пережитой кожной болезни. Он неуклюже атаковал Вортигерна, однако не смог даже попасть по главе гвардейцев. Меч пронесся в нескольких сантиметрах от кирасы.
— Сдавайтесь! Именем Августина! — Крикнул лорд-командующий, отражая еще один удар. — Или вас всех ждет смерть!
На его слова никто не отреагировал, а противник лишь хищно оскалился и вновь бросился вперед. В этот раз старый генерал не стал себя сдерживать и одним движением обезглавил предавшего Моравол нищего.
