Наступила пауза, во время которой покраснвшая миссъ Дрюиттъ чувствовала себя очень неловко, и неловкость эта еще усилилась, когда м-ръ Тредгольдъ, найдя въ карман нсколько банковыхъ билетовъ и золотыхъ монетъ, выразилъ по этому поводу свое удовольствіе. Простодушный капитанъ и м-ръ Чокъ ощутили облегченіе, а свтлые срые глаза миссъ Дрюиттъ отлично замтили подозрительныя подергиванія въ углахъ рта м-ра Тредгольда, хотя она и смотрла черезъ его голову.
Посл ухода гостей капитанъ услся у окна и погрузился въ задумчивость, какъ вдругъ до него явственно донесся изъ кухни шопотъ голосовъ. Послышался рзкій женскій смхъ. Капитанъ позвонилъ и спросилъ у появившагося на звонокъ Джозефа: не самъ ли онъ съ собою разговариваетъ? М-ръ Таскеръ казался сконфуженнымъ, но не отвчалъ. Въ то же время дверь тихо пріотворилась.
— Я не желаю этого, — проговорилъ капитанъ, — можете разговаривать съ собою въ другомъ мст. И что за смхъ? Точно кашель простуженной старой бабы!
Онъ коварно улыбался въ темнот, но тутъ изъ кухни снова послышался вызывающій кашель, а затмъ визгливый женскій голосъ затянулъ псню.
— Что?! — загремлъ капитанъ съ хорошо разыграннымъ изумленіемъ, — да вы никакъ привели кого-то въ мою каютъ-компанію? Принесите-ка сюда «правила!»
М-ръ Таскеръ вылетлъ вонъ, а затмъ въ кухн поднялся споръ, причемъ рзкій женскій голосъ звучалъ все настойчиве, и лицо капитана выразило недоумніе, когда въ комнату неожиданно влетла тонкая женская фигура.
— Вотъ ваши «правила!» — воскликнула вошедшая, — но вы бы лучше зажгли лампу, а то впотьмахъ вамъ все равно ихъ не прочесть!
Негодующій взоръ капитана пропалъ во мрак даромъ. Онъ съ достоинствомъ зажегъ лампу и при свт ея обнаружилъ присутствіе въ комнат рыжеватой тоненькой двицы, очевидно ничуть не устрашенной его величественнымъ видомъ.
— Кто вы? — спросилъ онъ рзко.
— Мое имя Виккерсъ. Селина Виккерсъ. Я слышала, что вы говорили моему Джозефу. Можете, если желаете, повторить это мн въ лицо.
— Что вы длаете въ моей каютъ-компаніи? — продолжалъ капитанъ, взглядъ котораго миссъ Виккерсъ спокойно выдержала, не опуская своихъ зеленоватыхъ главъ.
— Я пришла къ вамъ на, — подчеркнула она, — въ гости въ моему жениху.
— Но этого нельзя, — возразилъ капитанъ съ кротостью, удивившей его самого, — одно изъ правилъ…
— Знаю ихъ вдоль и поперекъ, — нетерпливо прервала миссъ Виккерсъ, — не убудетъ отъ этого вашей кухни. Пожалуйста, не становитесь между мною и моимъ Джозефомъ, — я этого не допущу. Сами вы не женаты, такъ не хотите, чтобы женились и другіе люди. Почему бы мн не говорить и не смяться? Не для показа одного мн данъ отъ Бога языкъ.
— Послушайте, моя милая, — началъ-было капитанъ, но онъ былъ безсиленъ остановить новый потокъ ея рчей.
— Пожалуйста не называйте меня вашею милой! Слава Богу, я — не ваша милая. А еслибы вы побольше знали двушекъ, вы бы поняли, что нельзя ихъ разлучать съ ихъ милыми. И ни одна двушка…
Капитанъ для проформы сдлалъ видъ, что желаетъ позвонить въ колокольчикъ. Миссъ Виккерсъ осталась невозмутимой.
— Я ршила, что лучше всего объясниться съ вами на чистоту. Я всегда говорила Джозефу, что вы не такъ страшны, какъ кажетесь. Ршительно не понимаю: почему онъ такъ боится васъ? Одна нервность и больше ничего… Добрый вечеръ!
Она тряхнула головою и удалилась на кухню, заперевъ за собою дверь. Капитанъ Бауэрсъ, все еще ошеломленный, снова услся въ кресл и, взглянувъ на лежавшія на стол «правила», усмхнулся себ въ бороду.
Скрывать про себя какую-нибудь тайну было ршительно не подъ силу м-ру Чоку, и намеки, длаемые имъ его ближайшимъ друзьямъ — Тредгольду старшему и подрядчику, м-ру Роберту Стобеллю, — вселили въ нихъ нкоторое сомнніе относительно его умственныхъ способностей.
— Онъ забгаетъ во мн въ самое горячее время, — жаловался этотъ послдній, — говоритъ что-то несуразное о полумилліонномъ дл… Онъ вскакиваетъ и выскакиваетъ отъ меня изъ конторы, какъ фигурка на часахъ съ музыкой.
Кончилось тмъ, что м-ръ Чокъ во всемъ признался пріятелямъ, и вс выразили свое изумленіе по поводу образа дйствій капитана. Но, можетъ быть, у него нтъ денегъ для снаряженія экспедиціи? Не предложить ли ему долю въ предпріятіи, которое они могутъ оборудовать втроемъ, причемъ каждый внесетъ равную долю издержекъ; добыча также должна быть раздлена на равныя части.
— Соединить пріятное съ полезнымъ… — фантазировалъ Тредгольдъ-отецъ, — я провтрюсь, а Эдуарду будетъ полезно поработать одному…
— Если вы соедините пріятное съ полезнымъ, то и платить вамъ слдуетъ больше, — ввернулъ неумолимо практическій м-ръ Стобелль, окинувъ пріятеля сумрачнымъ взоромъ.
— Чокъ подетъ удовольствія ради, — продолжалъ Тредгольдъ-отецъ.
— Значитъ и ему слдуетъ внести большую долю расходовъ, — дополнилъ м-ръ Стобелль.
— Ну, это мы ршимъ впослдствіи, а пока нужно переговорить съ капитаномъ, — предложилъ нотаріусъ.
