Он отпустил ее руку, и через мгновение Гермиона уже стояла одна в пустом алькове.
***
Гермиона кинула письмо в чемодан, опустила крышку и закрыла его на замок. Она была уверена, что они готовы справиться с магией, но все равно считала, что нужно оставить письмо на случай, если что-то пойдет не по плану. Она нервничала, но это было неизбежным.
Ослабевшими пальцами она открыла сумку и подпрыгнула, когда наткнулась на морду Живоглота.
— Что ты там делал, мистер? — спросила она, пытаясь его достать, пока тот упирался. — Ты не можешь пойти со мной, Глотик. Ты не сможешь пройти сквозь стену.
Она начала осматривать содержимое сумки, не забывая чесать его за ухом. Она набрала достаточно еды за обедом, из-за чего целый час ей пришлось слушать шутки по поводу ее аппетита. Но если случится худшее, и они будут находиться там несколько дней, еда пригодится. У нее было три бутылки, с водой, несколько пузырьков зелья бодрости, нож и бутылка экстракта бадьяна.
Ей оставалось только оставить Живоглоту достаточно воды и еды, а потом попытаться поспать.
***
Гермиона вцепилась в сумку и съехала в дыру. В этот раз она приземлилась лучше, чем в первый — Джастин расчистил пол внизу.
— Это не твои штаны? — спросила Падма Малфоя. — Ты хорошо их переделал.
Малфой подозрительно посмотрел на Падму, пытаясь найти подвох в ее словах. Он перевел взгляд на Джастина, который по какой-то причине покраснел.
— Я немного их переделал, но они все равно были слишком коротки, так что мне пришлось кое-что к ним приделать…
— Даже не знаю, мне нужно быть польщенным или посмеяться над тобой, — сказал Малфой, а Гермиона и Падма обменялись взглядами.
— Я подумал, что этим сделаю их длиннее.
— Так, продолжим, — сказала Падма и при помощи Джастина начала спускаться в другую комнату.
Джастин прыгнул вслед за ней, а Гермиона посмотрела на Малфоя и двинулась к отверстию.
— Здесь крысы, — прокричал Джастин, — но они, похоже, еще только планируют нападать.
Она взглянула на Малфоя, который встал у края. Он посмотрел вниз, потом на нее, и открыл рот.
— Не подталкивай меня, — сказала она, после чего скрылась в дыре.
Она все еще пыталась понять, что именно он имел в виду своими словами в алькове. Пока она лишь знала, что это ее разозлило, о чем бы он не говорил.
— Не думаю, что Малфой толкнет тебя, Гермиона.
А вот и нет. Он толкнет ее за грань здравомыслия. Если еще этого не сделал.
— Я толкну тебя, — прорычала Падма, — если не уберешься с моего пути.
— Ой, прости, — сказал Джастин и сделал шаг в сторону. — Хотя это же подземелье, так что, возможно, ты захочешь… а, очевидно, не захочешь.
Гермиона подошла к дыре, чтобы спросить, имел ли Джастин в виду помещение, которое находилось как раз над подземельем, но услышала, как Падма выкрикивает блокирующее заклинание под ними. Гермиона замерла, но услышав сердитый рык, прыгнула вниз, даже не думая.
Она приземлилась жестко, вспышка боли пронзила обе ноги, колени дрогнули. Она повалилась на пол, свет от палочки выхватил угольно-черное животное. По ширине оно было с нее ростом, а длина в два раза больше. Она не смогла бы разглядеть ониксовые камни в его глазах, если бы свет не уловил их блеск. Короткая шерсть топорщилась вверх то ли от природы, то ли от ярости. Животное побежало на них. Его зубы были большими, но тупыми. Ее же беспокоила длина его когтей.
Как только животное подпрыгнуло, Гермиона и Падма одновременно выкрикнули изгоняющее заклинание — два столпа огненно-золотого цвета ударили ему в живот.
— Оно исчезло? — спросил Джастин.
— Твоей заслуги в этом нет, — огрызнулась Падма.
— Прости, ты хотела, чтобы я тяжелым мужицким грузом свалился на Гермиону?
— Ничего, мы справились.
— Тяжелым мужицким грузом? — прошептала Падма, а Джастин поник.
— Вы в порядке? — спросил Джастин.
— Да.
— Как думаете, как далеко отсюда артефакт? — Джастин посмотрел вверх и сделал шаг в сторону, когда из отверстия показались ноги Малфоя.
— Неизвестно. Магия способна и площадь превратить в три коридора, — Гермиона отряхнулась. — Может, в конце этого прохода, а может в трех днях пути.
Как только Малфой приземлился, они пошли вперед. Свет от палочек был тусклее, чем ему было положено, но соединив свет от четырех палочек, им достаточно хорошо осветили путь. В проходе не было больше никакого отблеска или просвета, и у Гермионы появилось ощущение, что их не будет и дальше.
— Там поворот, — сказала Падма, осветив его.
— Я надеялся, что вся дорога будет, — Джастин махнул рукой вперед, — всегда прямой.
— Нам стоит продолжать идти вперед. Так нам не нужно будет запоминать повороты. Только если мы не будем вынуждены повернуть. Но для этого я принесла с собой инструменты, и мы сможем нарисовать своего рода карту.
— Ты обо всем думаешь, Гермиона. А ты случайно не принесла переносной туалет?
— О, Мерлин, я об этом даже не подумала, — сказала Падма, и ее щеки покраснели.
— Как мы будем это делать? — прошептала она Гермионе.
