Я разговаривала с собой. Опять. Это точно ничем хорошим не закончится. Хотя с кем еще разговаривать? Никто меня не понимает. А еще я никому не могу рассказать всю правду. Поэтому мой самый лучший друг – я сама.
Включать компьютер было страшно. Примерно пару минут я колебалась, но потом решилась. Какая ерунда! Всего-то одно движение пальцем.
На экране крупным планом поплыло видео с моим участием. Разноцветными буквами переливался заголовок: «Киллер для мужа». Я перепуганно выключила компьютер. Включила. Опять увидела себя, заголовок. Выключила. Включила. Выключила. Включила.
Потом я долго пыталась удалить или свернуть видео с собственной персоной в главной роли. Безуспешно. Ничего не получалось.
Вдруг кто-нибудь из коллег зайдет сюда и увидит? Я так боялась, что попыталась снова выключить компьютер. Он завис и не реагировал. И тогда я отключила питание. Выдернула шнур из розетки. Сердце колотилось, будто я долго и быстро бежала.
Какое-то время я размышляла, получили ли видео коллеги. Потом начала писать перевод на бумаге. Старый полузабытый способ. Ну, и ничего страшного. Я справлюсь. Раньше всегда так переводили. Не было электронных словарей и автоматической проверки правописания. Даже когда я училась в университете, подобные программы еще широко не распространились, и мы ими не пользовались.
Несмотря на мой энтузиазм, работа шла тяжело. Совсем не потому, что писать ручкой я отвыкла. Каждую секунду я ожидала взрыва негодования коллег, вызова к Гурину или прихода полиции. Сплошное напряжение. Качество перевода опять будет ужасным.
Но ничего не происходило. Ни-че-го. Совсем. Обычный рядовой день.
После полудня ко мне заглянула Кира со своим стандартным предложением попить кофейку. Очень кстати. Я не хотела ничего говорить о том, что узнала о якобы своих оскорбляющих письмах. Пока. Я решила понаблюдать за Кирой. Не так, как раньше, с безграничным доверием. По-другому, придирчиво и предвзято.
Как только мы с Кирой обосновались на кухне и включили кофеварку, подтянулись остальные члены нашего кофейного клуба. Мне только показалось, или все действительно посматривали в мою сторону с любопытством?
Мы обсудили погоду, отпуск. Потом Борис невинно спросил:
– Яна, а что за видео в Интернете болтается? Маскарад какой-то. Или это ты?
– Не знаю.
– Как не знаешь?
– Не знаю. И все.
Борис злил меня больше и больше.
– Там написано, что видео о тебе. Ты разве не получила? – сказал он как-то резковато.
Вот пусть только попробует предложить мне встретиться!
– Если написано, тогда почему спрашиваешь?
Борис промолчал и не ответил. А что говорить? Остальные тоже молчали. Я подумала, что моего имени на видео нет. Но Борис уверен, что там я. Он что-то знает?
– А я думаю, – неожиданно сказал Морис. – Если человек не знает, он это или нет, то значит, не он. Вы согласны?
– Согласны, – сказал Борис и улыбнулся.
Улыбка получилась кривоватой. Выпуклые серые глаза смотрели напряженно. Конечно, ляпнул, а потом пытается сгладить ситуацию. Так ему и надо.
Дальше разговор перешел на другие темы. Но странное поведение Бориса меня возмутило. Чего привязался, непонятно. В последнее время он изменился. Зачем я позвонила ему вчера? Почему не спросила у кого-нибудь другого? Может, надо поставить Бориса на первое место среди подозреваемых?
Когда кофеманы разошлись, Кира тихо, будто нас подслушивают, спросила:
– Это и есть сюрприз?
– Ты посмотрела?
– Видео? – Она решила уточнить.
Я кивнула.
– Посмотрела. Ты ведь предупреждала.
– Ну и как?
– На первый взгляд, ничего не понятно. Киллер для мужа. Мало ли о чем речь? Может, название книги или анонс фильма.
Кира отпила кофе:
– Но, если знать, о чем речь, то можно разобраться. Узнать тебя. – Она вздохнула. – Тогда все очень плохо.
– Хуже, чем плохо, – согласилась я.
– Что делать думаешь?
– А что тут делать? Не знаю.
Кира смотрела на меня с таким ужасом, что я поняла: она не причастна к обману. Нет! Кира точно верила, что мерзкие послания получил каждый в «Ифине». Но, несмотря на оправдательные мысли, я все же задала главный вопрос:
– Помнишь, когда вы получили от меня сообщения с гадостями, ты говорила, что обсуждали их друг с другом?
– Конечно. Сначала мне Борис твое сообщение прислал, потом Лариса, Гурин, ну, и все остальные подтянулись в течение часа. Очень возмущались.
– Как ты письма получила? – уточнила я. – По электронной почте?
– Ну, да. Я ведь тебе говорила.
– Понятно. А устно вы письма и оскорбления обсуждали? Разговаривали о них?
– Ты что? Нет, конечно! Зачем нам лишний раз неприятные эмоции?
Я кивнула. Вместо бурной радости меня окутало спокойствие.
Значит, Экис. Главное, что не Кира. И не я. Теперь уже точно.
– Иди в полицию, – сказала Кира. – Странно, что ты до сих пор не там.
Почему все привязались с полицией? Неужели они видят и понимают то, чего не вижу и не понимаю я?
– Я думала, какой-то тролль. Случайный. Вот-вот отстанет, – сказала я.
– Ну и как? Отстал?
– Нет.
– Вот видишь.
Кира вскочила и принялась мыть чашки. Она тщательно намыливала их, потом долго смывала пену. Мы молчали. Наконец Кира выключила воду и села.
