В результате в нас полетело плотное облако сенбонов со снотворной отравой. А на меня, до кучи, еще и сеть из чакрометалла. Оказался я в крайне неприятной ситуации, уйти из-под сетки мерцанием я бы, теоретически, мог, но при этом собрал бы тушкой заполнившее воздух метательное железо. Не самый приятный, да и учитывая итоговую концентрацию яда, небезопасный вариант.
Так что решил подпустить агрессоров поближе, исправно прикорнув под сеткой. И стал наблюдателем картины “верность телохранителя, умирающего над телом нанимателя”. Хотя хрен я помереть дам, но пафосность у зрелища присутствовала, да и уважать Иваши есть за что.
Дело в том, что определенный запас лечебных амулетов я своим тренерам-телохранителям выдал, да и забил. Ну останется у них избыток, я не против и не очень жалко, в принципе-то. Но в одной из бесед как раз Иваши поинтересовался, а что будет, если использовать два амулета? Ну, я на автомате и ответил, что где-то полуторное ускорение восстановления, да и забыл про разговор. Но, как выяснилось, вопрос был не праздным интересом. В троице он был слабейшим, чем внешне не сильно, но все же тяготился. В общем, стал он активизировать амулеты по две штуки за раз. Что в текущей ситуации сыграло свою роль.
Художественно раскинувшийся Иваши, как и я, сознания не потерял, а лишь симулировал, двойной амулет успешно справился с отравой, при том, что коллеги его валялись в отключке. Нападавшие, злорадно потирая лапки и гнусно хихикая, приближались к моему “беззащитному” телу. А Иваши, пропустив злобных молодцев, слова плохого не говоря, откочеврыжил их главному и который рядом бестолковки.
Весьма, стоит заметить, героически и вообще. Впрочем, оставшаяся троица герра Татами затыкала уже своими танто, однако голову не рубали, так что не помрет. Ну а мне оставалось лишь позиционировать духов заряда в тушках нападающих, да и вжарить им по нервной системе.
Выпутался я из сетки, откочеврыженные головы нападавших прихватил в свитки. Иваши проверил — в отключке, но помирать не спешит. Ну и стал нежно попинывать оставшихся двух телохранителей. У них контракт на охрану, а не отдых, в конце-то концов.
Райдо с Генмой очухались, ситуацией прониклись, да и были отправлены мной с живыми телами злобных молодцев до ближайшего полицейского участка. Сам же я притащил Иваши в особняк и привел его в жизне- и работоспособное состояние.
Выдав троице вердикт, нечто среднее между “молодцы” и “дилетанты”, занялся я извлечением из прихваченных голов нужного-важного. Дело неспешное, актуальное, так что проваландался я с бестолковками до вечера.
А за ужином меня встретила прелюбопытная новость. Член Совета листа, Данзо Шимура-доно, скончался от пищевого отравления в часиков эдак пять по-Конохскому. Грибочками отравился.
Осознав в полной мере сию новость, первым делом потеребил витала на тему поддержания моей работоспособности в свете предстоящей бессонности. Вторым — оттащил Эйку и обломал её размножательские порывы на сегодня, мол спи иди, подруга дней моих суровых. Третьим — пожелал всем спокойной ночи в стиле “прощайте неудачники, я всегда вас ненавидел”. Ну и пошел в кабинет, думать мысль.
Мысль эта была изрядно тяжела и сурова. Группа захвата с Данзо, например, была вполне знакома. Приказы от него получала. Однако сегодняшний захват санкционировал черт знает кто. Может, Данзо, может, Сарутоби, а может, вообще Ооцуцуки какой, мужик с Луны, понимаешь. Тип приказовыдавательный был в маске, бумагой с печатью Хокаге помахал, но от какого Хокаге, что и как — черт знает. Ни подписей, ни хрена: “Податель сего действует по моей воле и на благо Конохагакуре”, Анна де Бейль, видимо, под маской пряталась.
Ладно, этих мы опустим. Думаем дальше. Кланы, с высокой вероятностью, в амулетах покопались, попробовали сделать аналог и были обломаны. При этом, связь Удзумаки с Шинигамычем широко известна, да и слухи о “работе с душами” ходят. Реально слухи, никакой мистики в архиве не обнаружилось, однако в рамках “непонятной лечилки”, которая и полезна, и реально непонятна, как объяснение сойдет.
Сползал к “пишущим артефактам”, просмотрел разговоры отслеживаемых глав кланов. Тоже непонятка. Причем, может быть, и Учиха, и Хьюга, и Ино-Шика-Чо, да хоть все вместе. Разговоры о том, что “некий упырь опять нашего Удзумакушку замает” велись. Но если и были проведение ребром ладони по горлу, подмигивания и пученье глаз убийственного характера — у меня такое не пишется.
Сарутоби, хм-хм. В принципе, мог. При всей любви к Корневищу, тот своей оголтелостью создавал уже реально революционную ситуацию. Главы кланов, с факелами и вилами на всеконоховском майдане, маячили впереди. И не только из-за меня, отнюдь. Факт всплывшего “запрета Учихам приближаться к Биджу” играл основную роль, каждого павшего, косвенно повесили на шею Данзо. Так что Огнетень и его пенсионная команда могли старого друга прикопать, из чувства самосохранения.
