Наконец, весь из себя собой довольный, направился я в резиденцию Хокаге. В приемной меня мариновать не стали, так что через минуты три взирал я на Огнетня. И был Огнетень невыспат, ликом скорбен, но к диалогу, вроде бы, готов.
— Долгих лет Вам, Хокаге-доно.
— Долгих лет и Вам, Удзумаки-доно. Что привело Вас ко мне, в этот недобрый час?
— Помня о высказанной Вами заинтересованности в закупке джуньяхира, я, как только прежние обязательства были выполнены, направился к Вам. Хочу уведомить Вас, Хокаге-доно, что имею возможность принять и выполнить заказ, — изящно проигнорировал я “недобрые” намеки Огнетня. Тот прикрыл глаза на полминуты, а после продолжил:
— Выражаю Вам свою признательность, Удзумаки-доно, но, если мне не изменяет память, магазинчик Удзумаки ведет свободную, пусть и ограниченную для каждого покупателя торговлю?
— Ваша память и осведомленность делает Вам честь, Хокаге-доно. Однако, в рамках союза, добрых взаимоотношений и надежды на взаимопонимание, — на последнем я сделал акцент, — клан Удзумаки предлагает администрации Хокаге джуньяхира со скидкой в тридцать процентов, относительно цены в магазине. Единственным отличием от стандартных будет герб Листа на каждом из них. Прошу прощения, Хокаге-доно, но лично я сомневаюсь в неконтролируемой честности чиновников.
— Достаточно щедрое предложение, Удзумаки-доно. На таких условия мы выкупим сотню джуньяхира сразу же, как Вы сможете их поставить. Что же касается герба Листа — прекрасно понимаю Ваши резоны, более того, сам рассчитывал нанести гравировку на купленное. Так что ваше предложение вполне удачно предваряет мои намерения и полностью меня удовлетворяет.
— Отрадно слышать, Хокаге-доно. В качестве символа надежды на плодотворное сотрудничество, мне хотелось бы преподнести Вам маленький подарок, — с этими словами я положил на стол оба “эксклюзивных” амулета, — Один предназначен Вам, как символу деревни, второй же — Вашему почтенному наследнику, дабы помочь ему на пути шиноби. На этом позвольте попрощаться, — встал я и поклонился.
— Мудрости и силы Вам, Удзумаки-доно.
— Мудрости и силы, Хокаге-доно.
А перед выходом меня остановил вопрос:
— Удзумаки-сан, думаете это был он?
— Сарутоби-сан, думаю, что да. Однако, несмотря на удовлетворение от свершившейся справедливости, сам я к этому непричастен.
Ну и свалил я от Огнетня, с его страдунством и каверзными вопросами. Вполне мог и ваньку валять, а мог и не валять. Пофиг, в общем, о том, что я считал Данзо виновником резни Удзумаки, знал каждый встречный, секрета я из этого не делал. Повесить на меня Корневищный труп и глупо, и вряд ли выйдет. В общем, пофиг нафиг. А амулеты с кем-нибудь из троицы пришлю, пусть видит, что “все готово было” и только наличие Корневища не давало облагодетельствовать Коноху.
Дома намылил одного из троицы к Огнетню с посылкой, сам же прихватил подарочек племяннику. Да и направился с визитом к Учихам.
На этот раз фугачья супружница из детской не удалялась и даже представлена была как Микото Учиха. Карапузы наличествовали и все так же проявляли зачатки канонности. Саске сосредоточенно созерцал потолок, Наруто улыбался в целый один зуб (чем изрядно меня удивил) и тянул лапки ко всем присутствующим.
Впрочем, дентологические отклонения всяких там джинчурики меня волновали не особо, хотя Микото я пособолезновал. Ну и нацепил на Апельсина браслет-инфуин. Причем хотел на лапу верхнюю, но был Учихами перенаправлен на нижнюю. Объяснил в общих чертах семейству Учих “нафига”, в том смысле что откачивает “мысли Лиса”. Ну и, на всякий, уведомил, что ежели и я, и медик Удзумаки помрем, то до шести лет лучше носить приблуду неделю через неделю. Так-то присмотрим, но если нет, то… Ну Учихи прониклись и покивали.
Раскланялся я, но перед выходом Фугаку меня прихватил и позвал пожрат, в учиховскую столовку, в квартале находящуюся. Ну, во-первых, на халяву покушать — дело в высшей степени меняугодное. Во-вторых, явно хочет Фугаку о чем-то, скорее всего, корневом, поговорить. Так что выразил я согласие Учиха-доно компанию составить.
А в отдельном кабинете (вот хороши у пучеглазых полицаев столовки, коррупционеры клятые), после пары десятков перемен блюд, затеял Фугаку такой разговор.
— Удзумаки-доно, помня наши беседы, понял я, что подозревали вы Данзо Шимуру в нападении на ваш клан и атаке Лиса. В силу недавних событий, хотел бы попросить Вас поделиться своими соображениями, — на этот спич я попучил на Учиху очи, помахал свитком с барьером от прослушки, ну и активировал после кивка. Вообще, страна непуганых идиотов.
— Учиха-доно, соображения мои более умозрительные, нежели фактические. Однако обоснования подозревать Данзо Шимуру у меня были. Коль интересно Вам мысли столь юного шиноби слушать, вполне могу и рассказать.
— Удзумаки-доно, скромность украшает, однако мудрость Ваша широко известна, — на столь смачный лизок я благодарно кивнул, — С интересом и благодарностью выслушаю Вас.
