— За тобой — нет, — честно соврал я, — возможно только пока, — отразил я змеиную лыбу санина, — причем, при сотрудничестве, это и не понадобится. Впрочем, ответ на поверхности, не находишь? И, кстати, надеюсь ты не переводишь на изготовление шиноби? Это было бы несколько, — помахал рукой я, — расточительно.
— Немного меднинов пришли бы к столь “очевидным” выводам. Ты, как я вижу, спокойно относишься к моим экспериментам?
— В документах, изученных мной, есть источники твоих подопытных. Шпионы, диверсанты, преступники. Их и так, и так ждет смерть, так не лучше ли за счет смертника спасти жизни многим? Другое дело, нужно чтобы грань между необходимым и желательным не нарушалась.
— Поясни? — заинтересовался Орыч.
— Смотри, берем например Кенджо Шато, как-то, — поморщился я, — запомнился мне этот тип из документов. Вырезал две деревни, вырезал каждую недели две, что делал с жителями — опустим, — Змеефил кивнул, я знал что сей приятный тип был в его закромах. — Этот шиноби — очевидная раковая клетка общества, её необходимо устранить, а если вместо уничтожения её пустить на изготовления лекарства, то вред, нанесенный им, хоть сколько бы то ни было компенсируется. Это — необходимо. Возьмем обычного не слишком выдающегося шиноби. У него есть какое нибудь полезное, возможно даже не реализованное свойство, — собеседник задумался и кивнул, — желательно бы его изучить, это принесет пользу. Однако методы изучения приведут к его смерти или увечью. При том шиноби честно выполняет свой долг, но не слишком полезен. Казалось бы, баланс выгоды и пользы говорит нам исследовать его, ради блага всего “организма”, - согласный кивок, — однако он здоровая клетка. А уничтожение здоровой клетки приведет к цепной реакции, критерий “пользы” неизбежно сместится. И, в итоге, приведет к тому, что исследователь сам станет раковой клеткой.
— Почему же обязательно раковой клеткой? Что же помешает остановиться?
— Субъективность критериев. Оценивая пользу и вред, волей-неволей оцениваешь это сам, зачастую убеждая и обманывая себя. Разумно исследовать “полезное свойство” предполагаемого шиноби вообще вне его жизни, например — клонированием.
— Клонирование, — сморщился Орочимару, — крайне высок процент брака, некоторые свойства вообще не воспроизводимы.
— Кажется, я понял, в чем проблема. Я, ты будешь смеяться, только начиная изучать чакра-медицину, сделал некоторое, вполне логичное предположение и принял его как должное. А впоследствии, общаясь с чакромедиками высокого ранга, столкнулся с тем, что лежащее на поверхности решение просто никто не заметил. Орочимару-кун, давай заключим пари?
— Какое же?
— Проблема формирования клонов решается элементарно — внешние условия развития. Если ты разгадаешь, как просто, быстро и с малым шансом на “брак” осуществить это, я передам тебе расчеты хирайшина, как Тобирамы так и Намикадзе, благо эта техника основана на дарах Удзумаки. Если же, надевая шапку каге, ты не раскроешь секрет, я озвучу его тебе и Цунаде, но ты будешь должен мне… Скажем одно желание, не затрагивающее твою жизнь, здоровье и свободу.
— Ки-ки-ки! Отчего же не поспорить, действительно интересно, — развеселился Орыч. — Согласен, Хизуми-кун, пари в силе.
Общались с Орочимару мы до рассвета. Вообще крайне любопытный тип, но напрочь асоциален. Но, что приятно, не лишен здравого смысла, так что надежда что до канонного “распотрошить все, что движется, возможно в нем есть что-то интересное” он еще не дошел. Проклятую печать он разработал, причем интересно было бы с ней познакомиться, но на той же Митараши её не было. А еще, было интересно, откуда он взял клетки Джуго для работы с сенчакрой? В лаборатории такового точно не было. Впрочем, разберемся со временем. Да и джуньяхира, насколько я смог понять, несколько ослабил “страх не успеть изучить все”.
Ну и, безусловно, обговорили план наших дальнейших действий. У Корня, где полуофициально значился Орочимару, до сих пор официально не было главы, соответственно результаты “долгих опытов” в виде пилюли вполне можно было представить как личную разработку на благо Деревни.
Кстати, у Данзо клон был, но умер ли Корневищ или “ушел во тьму”, Орыч не знал, причем не знал реально. Как и кто возможный убийца возможного трупа. Вот реально, Корневищ Шредингера.
Ну а у меня впереди беседа с Фугаку и последующий совет джонинов с презентацией охренительной новой и недорогой защиты деревни. А вот дальше надо будет запастись ведром попкорна и битой. Ну и на практике выяснить, что из них мне понадобится.
Невыспатый, но взбодренный виталом, напросился я на поговорить с Фугаку. В процессе обсуждения нужности-важности нового совета, очи я пучил, брови задирал, ну и в целом демонстрировал тревогу и офигевание от столь "бумажной защиты", что мол раньше закончим, раньше начнем.
Заодно мимоходом упомянул, что столкнулся с таким замечательным змеефилом, как Орочимару, в рамках беседы о чакра-медицине и вроде бы готовит ентот весьма полезный и продвинутый тип какую-то полезную медицинскую вкусняшку.
