У меня пучеглазый спиногрыз, потенциальный маньяк, пацифист и просто хороший человек. Ну, и о шестерке поступающих родственных мне спиногрызов, при всем при том, забывать не стоит.
А надумав этот, в высшей степени мудрый и важный мысль, принялся я за подготовку и тактическое планирование. В первый, приемно–экзаменационный день, в Академию традиционно приходили клановые спиногрызы со спиногрызовладельцами. Проверялись специальным артефактом на объем чакры, писали что–то вроде коротенького диктанта, пару математических примеров на тему сколько будет два аж плюс два.
Эта часть была традиционно–ритуальной, проходили её все поступающие. А вот далее, не менее традиционно, клановые спиногрызы демонстрировали «охренительные знания» и превосходство над черноногим быдлом. В общем–то, оное вполне объективно было, однако, в рамках моей мудрой и продвинутой программы проскочить академию за год не вышло бы даже у меня. История, математика, биология, химия. Куча «факультативов», как оружного, так и безоружного боя, нин и ген. В общем, спиногрыз заучен будет в любом случае, вне зависимости от базовых знаний и собственного желания.
Кстати, ряд клановых товарищей, предъявляли мне на тему «сокращения времени занятий клановыми искусствами». Но, были закономерно послаты на фиг, тыкнуты программами обучения, а так же оценкой знаний их «гениальных» спиногрызов в рамках их теперешних программ. Мол, ежели почтенным Имярек–доно, видится, что данные дисциплины их спиногрызу не надобны, в Академии оных спиногрызов никто не держит. Возмущенные товарищи в программы подивились, умом поскрипели. И, на удивление единодушно, махали лапами в стиле «А, надо!».
А вот помянутая «демонстрация крутизны», проходила в присутствии спиногрызовладельцев и директора, максимум еще — представителя администрации. Тайны кланов, способности будущего шиноби и прочая безблагодатщина, в связи с чем, ни публичности, ни обширной коммиссионности не предполагалось. Вот этот момент я намеревался использовать как первый этап своего плана «возвращение крыши» использовать. Намылить директора проверять два плюс существительное, а самому, хамски, утвердиться в его кабинете, на егойном кресле. Ну и крутизну, соответственно, оценивать. Да и мозги, пока только родителям, одного протосемьяреза, вправить.
Так что взял я, да и осуществил свой коварный план. В общем, даже без основного блюда, вышло забавно и занимательно.
Крайне гордые спиногрызовладельцы, демонстрирующие движимый объект своей гордости. Сама движимость, зачастую, изрядно волнующаяся, но и надутая, демонстрирующая свои «необоримые умелки». Впрочем, я направлял карапузов в потоки согласно возрасту, лишь проставляя буквы групп, да, по необходимости, факультативы. Что, уже подготовленными родителями, принималось с пониманием, а гордились они, в свою очередь, уже буквами и количеством допов.
Своих, родственных, спиногрызов также принял, вызвал расстройство разлукой «разными потоками» Масами и Ичиро. Ну, и поликовал над бедами и огорчениями близких своих. Немножко.
Наконец, ожидаемая пара Учих, влекущая своего отпрыска на буксире, явилась. Ну а я, соответственно, к реализации своего, несколько рискового, но психологически необходимого плана подготовился.
Фугаку спиногрыза своего представил, достоинства его расписывал. Я же, мордарий будущего семьяреза разглядывал, но описанной каноном добрости и скромности там не зрел. В общем–то, Учих как Учих, с учетом малолетности. Батюшка его, при всем главенстве своем, подобрее и поскромнее выглядел. А тут, демонстрация козявок и несколько прищуренный взгляд. Учишеныш несравненный и великий, как он есть, в естественной среде обитания.
Наконец, перечисления ТТХ спиногрыза закончились, а последний, увеличив угол обзора на богатое содержимое своей носопырки, сложил соответствующие печати. Клона призвал, вполне себе теневого.
Моя же, наглая рожа, хизушином, прыгнула к спиногрызу, мимоходом схлопнув клона. Ну, и по бестолковке Итачи подзатыльник, не слишком сильный (а то мало ли, и так не факт, что ума много осталось), но вполне чувствительный зарядила. Мелочь, на фоне готовящихся к бою родителей, после этого подлого и бесчестного нападения, полезла на меня, охреневая в атаке. За что была за лапку поймана, этой лапкой заломана, в спину бумажкой с чакроблокирующим шодо припечатана.
После чего, не выпуская заломленную спиногрызью лапку, достаточно низко я Фугаку и Микото поклонился. Ну и выдал быстро, но достоинств своих, многочисленных, не теряя:
— Почтенные, никоим образом действия мои не несут угрозы ни отроку сему, ни вам, — разлился соловьем я. — Вызваны они исключительно опасениями за жизнь и здоровье Итачи–куна.
Фугаку несколько расслабился, хотя из «боевого режима» не выходил. Задумался на секунду, да и побледнел изрядно лицом и руки опустил:
— Удзумаки–доно, неужели паразит? — на этом и Микото из «боевого режима» вышла, изрядно побледнела и ужас демонстрировать начала. — Где, возможно ли вылечить?
