Лесков молчал. Почему-то теперь любая «чушь» в этом мире звучала и выглядела совершенно обыденно, словно каждый день у кого-то оживают тени, а огромные псины разрывают очередных сектантов. Он выслушал Фостера, не перебивая, и смог лишь усмехнуться, когда американец уныло подытожил:
- Знаешь, если за всё дерьмо, которое я тут расхлебываю, мне достанется подарочек в виде такого оружия, я даже готов потерпеть еще денёк-другой. Ну, а как у тебя с твоей египтяночкой? Она уже тоже сделала тебе подарок, или всё это глупые досужие сплетни?
- О чем ты? – не понял Лесков.
- Кто о чем, а я, как всегда, о романтике.
- Эрик, ты больной? – в спокойном голосе Дмитрия наконец прозвучали сердитые нотки. - Она одержима чёрт знает чем!
- Да ладно тебе прибедняться, начальник, - продолжал издеваться Фостер. – Ты же русский! Вы там все ненормальные в своей России. Катаетесь на медведях, водку глушите ведрами, что для вас какое-то маленькое египетское чудовище?
- Уймись, - последовал мрачный ответ.
- Лесков, если бы ты не бесился каждый раз, когда я начинаю сыпать стереотипами, я бы уже давно перестал это делать. Выпей, неплохое вино.
С этими словами Фостер указал на кувшин в руках одной из рабынь.
- Ты завтра сражаешься? – продолжил Лесков.
- Наверное.
- Если тебе понадобится эпинефрин...
- О, нет, оставь это себе. С твоим эпинефрином куда больше шансов сдохнуть, чем на арене. К тому же теперь при мне будет моё оружие. Бой будет очень коротким... Проклятье, смотрю на Ларсена, а глаза затуманивают сентиментальные слезы. Впервые на красной дорожке Лесков потерялся среди фанаток космического Бреда Питта. Мне уже начинает казаться, что наш неопознанный летающий объект – единственный, кто ловит первобытный кайф, находясь на этой древнеегипетской дискотеке. Кстати, наша антикварная красотка тоже не выглядит несчастной.
С этими словами Фостер кивнул в сторону графини и весело ухмыльнулся. Лилит и впрямь казалась довольной. Она медленно потягивала вино в компании Кайтаны, и её губы то и дело трогала улыбка. Но вот к ним приблизился Косэй. В тот же миг Кайтана поспешно поднялась на ноги и низко поклонилась. Лилит, напротив, осталась лежать на софе, словно это она была госпожой, а Косэй – её рабом. Фостер криво ухмыльнулся, заметив, как красноволосый схватил француженку за руку и рывком поднял на ноги. Разговор их он не мог слышать, но происходящее выглядело крайне комично.
- Ты вообще что-то слышала о почтении? – сердито поинтересовался Косэй, глядя на графиню.
- Слышала, - ответила Лилит, чувствуя, что тоже начинает сердиться. – Всё это время я лежала и думала, как бы не забыть проявить почтение, когда вы приблизитесь. Но едва вы появились рядом, мои благие намерения моментально выскочили у меня из головы.
- Это почему это? – Косэй насторожился.
- Вам очень к лицу зелёный цвет, - произнесла Лилит, желая подразнить Косэя, и чуть заметно улыбнулась. Не ожидая такого ответа, красноволосый растерянно отпустил её запястье. Несколько секунд он мрачно смотрел на неё, гадая, где подвох.
- Если ты издеваешься, я отрежу тебе голову, - наконец произнес он. Почему-то ему сразу захотелось снять с себя этот зеленый наряд.
- А если нет? – вкрадчиво поинтересовалась графиня, вновь едва заметно улыбнувшись.
Этот вопрос окончательно поставил Косэя в тупик. Обычно рабыни бросаются в ноги, рыдая, и начинают молить о прощении, а эта ненормальная продолжает разговор.
- Ты пьяна, поэтому я не собираюсь обсуждать разные глупости, - произнес он и направился прочь. Лилит с трудом подавила улыбку, когда мужчина ещё пару раз оглянулся на неё.
Тем временем Рейвен пытался отделаться от Сфинкса, который явно решил вплотную заняться тем, чтобы дружить с чужаком. Он ходил за ним, как тень, пытаясь выудить из него побольше странных слов. Тогда Харт попытался перевести тему, если такой разговор вообще можно было назвать темой, в новое русло.
- Послушай, Сфинкс, - начал он, наконец остановившись и усевшись на камне. – Нефертари сказала мне, что ты получил покровительство всех шестерых богов. И что ты для этого делал?
- Колосился, - немедленно сообщил мужчина, усевшись рядом.
- Колосился... Замечательно... Ну, хорошо. И ты можешь теперь связаться с любым из богов? Ты можешь к ним обратиться прямо сейчас?
Сфинкс задумчиво склонил голову на бок, храня молчание.
- Дно пустыни закрыто песками.
- То есть можешь или нет? Просто кивни головой, если да.
Сфинкс кивнул.
- Ты можешь говорить с Анубисом?
Снова кивок.
- Даже сейчас?
Воин опять кивнул.
- Ты можешь спросить его, есть ли в его... царстве кто-то, кто может снять проклятье с этого города?
Сфинкс помолчал, затем вновь медленно кивнул.
«Так, отлично» - Рейвен невольно обрадовался своей задумке. Ему доводилось допрашивать алкашей, маньяков, психов, вдупель обдолбаных подростков, но ни разу – сфинксов. Если этот тип не лгал, что на него не похоже, то он действительно может ответить на интересующие его вопросы.
- Это женщина? Это Анкханар?
