- Проклятье, ты разнесла целую комнату. Сумасшедшая дрянь! - Косэй весело хохотнул и, забрав у Лилит кувшин, тоже отпил пару глотков. Графиня недобро улыбнулась и, кое-как завернувшись в свое разорванное платье, поспешила скрыться. К счастью, вовремя. Спустя пару минут в комнате появился Сфинкс. Косэя он застал взлохмаченным, посреди осколков и перевернутой мебели. Господин сидел на полу, раздетый, окровавленный и чертовски довольный. Но на лице Сфинкса по-прежнему оставалось равнодушное выражение. Казалось, таким он Косэя видит всегда, а эта многострадальная комната и вовсе выглядит так с самого начала по задумке дизайнера.
- Ну, озвучь, озвучь! – Косэй весело смотрел на своего раба. – Ты же слышал шум, но не бросился меня спасать, потому что умный.
Сфинкс склонил голову на бок и многозначительно изрек:
- Град побил весь урожай, но небо выглядит безоблачным. Лев не понимает.
- Хах, град был еще тот... На, выпей со мной! – с этими словами Косэй сунул в руки Сфинкса кувшин с вином и, посмеиваясь, начал одеваться.
XXIX
Сокрытие улик
Пока в одной из комнат Косэя стремительно переделывался интерьер, Нефертари, Акана, Алоли и Аризен спасались от жары, купаясь в водах Нила. Рейвен и Дмитрий предпочли остаться на берегу, но лишь потому, что им хотелось спокойно переговорить наедине. Оба мужчины устроились в тени дерева, с долей зависти глядя на купающихся.
Берег, который египтяне считали территорией богини Бастет, был поразительно красив и при этом поразительно пустым. Высокородные здесь не купались, потому что пляж был довольно каменистым, а рабам запрещалось входить в воду в любом месте выше по течению от места отдыха господ. Таким образом, никто не мог помешать собравшимся здесь насладиться покоем.
Покой, конечно же, был относительным. Со стороны могло показаться, что две красавицы-госпожи беззаботно веселятся в воде, а их рабы покорно ожидают их поручений, однако на деле их мысли были заняты только предстоящими боями.
Дмитрий обратился к Рейвену первым, понизив голос едва ли не до шепота. То, что у Аризена был прекрасный слух, ему было известно, благо, сейчас юноша был занят тем, что гонялся за Алоли, пытаясь повалить её в воду.
- Думаю, ты понимаешь, что мы не можем полагаться только на удачу Ингемара и Ильнеса, - еле слышно произнес Дмитрий, бросив взгляд на Харта. – Если у этих двоих есть шанс получить аудиенцию у здешних божков, надо позаботиться о том, чтобы они наверняка прошли испытание Пирамиды.
Полицейский кивнул:
- Эльф и капитан – наша единственная надежда докопаться до правды. Если они не пройдут, нам конец.
- Иными словами, надежды у нас ни черта, - мрачно усмехнулся Лесков. – Я бы сделал ставку только на Эрика. Он с легкостью пройдет пирамиду, будучи незамеченным. Вот только его новая способность в данном случае сыграла с нами злую шутку: теперь он сильнее, чем того хотят боги.
Харт устало вздохнул. Лесков был прав: полагаться только на Ингемара и Ильнеса – не вариант. С каждым разом бои становятся всё тяжелее, а выжить в пирамиде и вовсе представлялось чем-то из жанра фантастики. Воинов впускают в пирамиду с разных концов, и внутри их уже поджидают неведомые чудовища, которые стремятся добраться до своих жертв. Стены внутри постоянно меняются, кругом ловушки, к тому же задание выполняется на время. Если не успеешь выбраться наверх, пирамида закрывается, замуровывая опоздавших заживо. К тому же, где гарантии, что другие воины арены не будут пытаться избавиться от противников, улучив подходящий момент.
Харт посмотрел на Нефертари, беспечно плескающуюся в воде, и неуверенно произнес:
- Как я уже сказал, завтра я вызовусь на арену. Будем повышать наши шансы. Надеюсь, мне повезет, и завтра мне попадется какой-нибудь противник попроще. Я вот что хотел спросить: если ты не пойдешь на арену, может, одолжишь мне несколько ампул эпинефрина? Мои способности мне чертовски бы пригодились в пирамиде.
- Тебе не хватит для трансформации двух ампул, - ответил Дмитрий. – Остальные я берегу для себя. Потому что я тоже не собираюсь доверять свою судьбу воле случая и поэтому выйду на арену.
- Завтра ты никак не сможешь использовать эпинефрин.
- С чего это? – Дмитрий немедленно насторожился.
- С того, что Нефертари говорила, что на территории арены обнуляются все способности, полученные с помощью зелий до начала боев. Таким образом здешние организаторы борются с «допингом». А в пирамиде за этим не следят, потому что никто не хочет показаться слишком сильным перед богами.
