Сильная огненная волна устремилась к колонне, за которой прятался Рейвен, обрушивая ее, и полицейский едва успел откатиться в сторону.
- Попался! – воскликнула она, направляя в его сторону небольшой огненный шар. Девушка не вкладывала в него много силы, лишь хотела выбить пистолет из рук мерзавца и опалить ему руки, но Рейвен вновь оказался быстрее.
- Ты – самый трусливый мальчик из всех, кого я когда-либо видела? – крикнула она, когда полицейский вновь скрылся за ближайшей колонной. Но в тот же миг Ингемар пристально посмотрел на Тануэн, и девушка вскрикнула, чувствуя, что невидимые пальцы стискивают ее горло и приподнимают над землей. Лилит попыталась атаковать Ларсена, но Рейвен выстрелил в нее еще раз, и пуля вновь полоснула ее предплечье в том же самом месте, где предыдущая. Графиня вскрикнула от боли, чувствуя, что на глаза наворачиваются слезы. Она что-то быстро прошептала, и полицейский заметил, как под подошвой его сапог вырисовывается пятиконечная звезда. Он попытался двинуться, но заклинание точно парализовало его. Затем черный купол вновь накрыл Ингемара, и Тануэн рухнула на пол, жадно хватая ртом воздух. Отдышавшись, она приблизилась к Харту и, выхватив из его застывших пальцев пистолет, извлекла магазин. Затем она вытащила у полицейского нож.
- Я не могу сдерживать долго их обоих, - крикнула Лилит. – Капитан опаснее... Не позволяй Рейвену двигаться!
В тот же миг пентаграмма под ногами американца начала стираться. Но едва черные надписи успели исчезнуть до конца, как Тануэн накрыла полицейского огненным куполом. Затем девушка усмехнулась и, точно в насмешку, преобразовала потоки пламени в птичью клетку. Огонь не позволял сделать Рейвену и трех шагов, и когда мужчина почувствовал, что к нему вновь вернулась способность двигаться, он приблизился к решетке и замер вне решительности.
- Отдохнешь пока здесь, Ворон, - произнесла она и обернулась на графиню. Черный купол, удерживающий Ингемара, отчаянно трещал, и тогда Тануэн накрыла поверх еще и огненным.
- Ну вот и все! – сказала она, с долей сочувствия глядя на раненную ведьму. – Ты как, в порядке, идти можешь?
- Могу! – ответила графиня, все еще не решаясь снять с Ингемара свое заклятие. Она не знала, сможет ли пламя удержать Ларсена внутри, но еще больше боялась, что огонь причинит ему вред. Клетка Рейвена хоть и выглядела странно, но он хотя бы в ней не задыхался.
Внезапно Тануэн услышала шаги за своей спиной и прежде чем успела среагировать, Рейвен обхватил ее сзади за шею.
- Нет...Ты не мог пройти через огонь! – прохрипела она, пытаясь вырваться. Девушка заметила, что камзол Рейвена был прожжен, а на его руках появились безобразные черные полосы, оставленные пламенем. Не в силах освободиться, Тануэн решила больше не заботиться о комфорте своего противника. Ее руки вспыхнули, сжигая запястья Рейвена, но почему-то безумная боль не заставила Рейвена даже разжать пальцы. Тогда девушка в отчаянии выхватила нож и вонзила его в бедро полицейского. Мужчина вскрикнул и отступил. Широкое лезвие пронзило его ногу до кости, и мужчина в ярости посмотрел на Тануэн.
- Мне тоже не понравились свои объятия, Ворона, - прошептала она, все еще пытаясь отдышаться. Девушка смотрела на полицейского и не понимала, почему огонь оставляет на его теле не безобразные ожоги, а нечто черное, удивительно похожее на...
Тем временем полицейский вытащил из раны нож, не обращая внимания на то, как кровь хлынула из глубокой раны.
- Не подходи или мне придется убить тебя! – произнесла Тануэн, медленно пятясь назад. Рейвен переложил нож в правую руку, собираясь атаковать, и тогда девушка решилась. Огненный поток, направленный на Рейвена был такой силы, что мужчина рухнул на колени. Он беспомощно прикрыл лицо руками, как будто это могло спасти его, но через миг, когда пламя рассеялось, Тануэн испуганно отшатнулась. Одежда инспектора полностью сгорела, но то, что девушка приняла за смертельные ожоги, оказалось отнюдь не сгоревшей кожей. Тело Рейвена практически полностью покрыли черные пластины чешуи, защищая его от безжалостного огня. Они наслаивались друг на друга, точно кольчуга, сквозь которую языки пламени были не в силах пробиться.
Глаза Рейвена приобрели медный оттенок, отчего он походил на какое-то жуткое чудовище, и если бы не частично не обгоревшее лицо, Тануэн бы никогда не поверила, что это тот самый полицейский.
- Лилит, - в отчаянии крикнула Мириа. – Я ничего не могу ему сделать. Он – не человек!
Только сейчас графиня поняла свою ошибку. Она была единственной, кто знал секрет Рейвена Харта, но никак не могла предположить, что эта тайна раскроется таким страшным способом.
