— Но «она»… — закончила за нее фразу Зенти. — Ты уверена? Ты же знаешь, чего это будет нам стоить?
— Знаю, но… я люблю его, — призналась Крес. — И чтобы защитить его, я готова. А ты?
— Я… я… я… — с трудом пыталась найти в себе силы ответить Зенти. — Я… тоже люблю его…
— Тогда ты знаешь…
С этими словами она подошла к ней и взяла её за руку.
— Спасибо тебе за все, Зенти. Я рада, что все это время у меня была сестра пускай и в голове. Так я никогда не чувствовала себя одинокой.
— Я тоже, — на глаза навернулись слезы. — Я говорила о тебе всякое, но сама тоже всегда была рада, что ты есть у меня.
Они обнялись, крепко прижались друг к другу и почувствовали это. Единение.
И покой…
Они рассыпались на осколки держась друг за друга, словно тонущие вцепились в спасательный круг. Было очень страшно, но поддержка сестры давала им силы пройти этот путь до конца.
Слезы покатились по их щекам падая куда-то в пустоту…
— Надеюсь… та, кто придет вместо нас… также полюбит его, как и мы.
— Да, я уверена в этом.
— Прощай, Зенти, и спасибо за все.
— Прощай, Крес…
С этими словами они… перестали существовать…
— Черт! Черт! Черт! — ругалась Моргана смотря на происходящее. — У папы серьезные проблемы!
Тот получил дозу мощного токсина, который ему удалось сдержать, но все еще не вывести его из себя. В такой интенсивной битве, которую ему навязал Максвелл, он просто не сможет толком сконцентрироваться на этом. Его тело и разум сейчас не в том состоянии, чтобы делать несколько дел одновременно.
Нужно захватить симбионта и добить Живчика, но считала, что должна помочь отцу, ведь тот сейчас в тяжелом положении.
Эти слова…
Они… приносили боль.
Она не хотела их повторять, но каждое засело в её памяти и не отпускало. Она ощущала себя преданной, брошенной и… не правой.
Гани и Бель ведь еще маленькие, а отец может посчитать их недостойными и…
Но она больше не имела твердой опоры в своих словах.
Лишь самообман, которым больше не получалось прикрываться.
— Плевать! Сначала добью этих, а потом помогу отцу! — она решила не думать и просто выполнять приказ.
Запрыгнув на мост, она нашла лежащих Якоба и его сына, что были не в силах подняться.
Её рапира была готова сделать все. Добить Живчика, затем отсечь конечности у Бартлби, чтобы он никуда не сбежал. Симбионт не даст ему умереть, но руки и ноги отрастит не быстро, так что она успеет помочь отцу и вернуться.
— Прощай, — произнесла она, подняв оружие.
Удар!
— А⁈ — удивилась Моргана, когда что-то остановило её.
Чья-то рука схватила её запястье и не позволило достать до тела.
Подняв голову, она увидела рыжие волосы, что челкой скрывали глаза этой девушки.
— Ты? — удивилась Гамильтон.
Она была уверена, что вырубила её…
Удар!
Она вовремя среагировала, сконцентрировав металл перед собой, но атака нагинатой оказалась столь безумной, что её вместе с защитой просто несло назад, оторвав от земли. Древковое оружие при этом развалилось полностью на куски, что разлетелись во все стороны, вместе с частью защитного металла.
Моргана извернулась и приземлилась на ноги.
— Какого⁈ — только и сказала она, подняв голову.
И тут же увидела эту рыжую бестию перед собой, когда та с широко распахнутыми глазами и широкой улыбкой оказалась рядом с ней вооружившись гибким копьем-хлыстом, что обрушился сверху.
— Хе-хе!
Вовремя уклонившись, она спаслась от острия, что разорвал мост и часть стены.
Острие застряло в стене, и рыжая одним движением подтянулась к нему по веревке и встала ногами на стену, приклеившись Паучьим Шагом.
Это оказалось столь неожиданным, что Моргана просто растерялась.
— Я — Кресзентия фон Крюгер, никому не позволю обижать близких мне!
Что-то было в ней не так. Здорово не так. В ее стойке не было расхлябанности «ловкой девочки», но при этом и скованности «рыцарши» тоже не ощущалось.
И эта сила… Чтобы достичь такой силы, ей надо было снять ограничения с тела до той степени, до какой Моргана не осмеливалась сама. Или до края обдолбаться мощными стимуляторами.
— Никак, совсем крыша поехала? — фыркнула брюнетка. — Ты которая из них сейчас?
— Никакая, — как-то вымучено усмехнулась она. — Я… одна. Теперь навсегда.
Рыжая покачала головой.
