Сняв рубашку и мысленно порадовавшись тому, что одел под неё майку, я отрываю от неё полосу и обвязываю запястье Вии, чуть сжимая её ладонь. Наклонившись над девушкой, я отталкиваю Шелли в сторону, когда Виа открывает глаза, а после закрывает их вновь.
– Виа, детка, – тихо бормочу я, пытаясь с её именем выдохнуть страх, сковавший моё тело.
– Айзек? – едва слышно прошептала она. – Ч-что…
Моргнув, Виа обводит взглядом крошечную комнату. Я почти вижу, как мысли внутри её головы лихорадочно сменяют друг друга, пытаясь воссоздать единую картину. Мне нужна секунда, чтобы осмыслить, почему мой брат и моя… моя… Виа оказались вместе в туалете для людей с ограниченными возможностями, но, сжав зубы, настойчиво отталкиваю от себя догадку.
– Дерьмо, Лив, мне так жаль, – выдохнул Тоби, встав на колени рядом с девушкой.
– Отойди, чёрт возьми, – прорычал я, когда брат посмотрел на меня.
В его глазах боль и настороженность, но сейчас это мало меня волнует. Всё что меня заботит – это то, что Виа истекает кровью. Он был здесь с ней наедине… Я не могу об этом думать. Мне хорошо известно, что мой брат никогда бы намеренно не причинил ей боль. Я люблю его. Он – мой брат и мой лучший друг, но она – моё сердце. И пусть я никогда не говорил ей об этом, но Виа – мой мир, и, если кто-то попытается причинить ей боль – я остановлю их, не заботясь ни о чём. Я встану между ней и кем угодно.
Совсем не важно, кто это будет.
– Простите, сэр.
Подняв голову, я поворачиваюсь на голос. Увидев, что это парамедик, я быстро встаю на ноги, проведя напоследок пальцами по маленькой руке Вии.
– Оливия!
Услышав крик, я закрываю глаза. На какое-то мгновение я забыл, где мы находимся. Это дерьмо должно закончиться. Я всё знаю. Каждый дюйм вокруг меня и каждого человека в окрестности, пути эвакуации и всевозможные подручные инструменты, которые я мог использовать для того, чтобы убить кого-то. Но всё в радиусе десяти футов[14] от Вии – всё, что я выучил и знал, – всё исчезает, оставив только мои чувства и сердце. Ничто кроме неё не существует, и когда я рядом с ней – я забываю о том, кем стал. Забываю о том, кто я на самом деле.
– Дерьмо.
Одёрнув руку, я провожу ладонью по лицу. Поймав её грустный взгляд, я отвожу глаза в сторону, наблюдая за тем, как фельдшер делает своё дело. Наклонив голову, я пристально слежу за ним, а когда мужчина заканчивает, поворачиваюсь к Вие, смягчив взгляд.
– Мне нужно поговорить с твоей мамой. Хочешь, чтобы я поехал в больницу?
– Нет. Со мной всё будет в порядке, – выдавила девушка сквозь сжатые зубы. И я не могу понять, то ли это от физической боли, то ли от эмоциональной.
– Айзек, – произносит Шелл с неприкрытым разочарованием.
Проигнорировав её, я всё ещё смотрю на Вию.
– Меня не было, Виа, и я знаю, что причинил тебе боль… Но, пожалуйста, поверь мне, когда я говорю, что хоть меня и не было рядом с тобой – ты всегда была рядом. Рядом со мной. Каждую секунду.
Она резко вдыхает, а её глаза полны слёз, от чего я чувствую глубокий укол в груди. Не знаю, почему, но я уверен, что должен был сказать ей это. И я сделал это.
Отстранившись от неё, я протискиваюсь мимо парамедика, Тоби и Шелли, заполнивших всё крошечное пространство. И, едва оказавшись в коридоре, я наклоняюсь и упираюсь ладонями в колени, восстанавливая дыхание. Взглянув вверх, я встречаюсь взглядом с папой, а затем с дядей Дейном, который стоял рядом с ним. Они выглядели обеспокоенными, и сейчас мне так отчётливо видно их братское сходство.
Второй фельдшер разговаривает с дядей Коном и тётей Пи. Мой папа подошёл ко мне, пытаясь что-то сказать, но я, только покачав головой, выхожу наружу.
Мне нужна минута, чтобы унять гнев внутри, и, если это мне не удастся – я просто сгорю. Пробираясь сквозь темноту парковки к своему автомобилю, я резко останавливаюсь, вдыхая холодный ночной воздух. Он вонзается в мою грудь, словно инопланетное вторжение, и, откашлявшись, я пытаюсь восстановить эмоциональное равновесие.
– Айзек.
Шелли нарушает мой момент тишины. Зажмурившись, я пытаюсь усмирить хаос своих мыслей.
– Ты был так близко, – женщина замолкает, обдумывая свои слова. – Мы работаем вместе столько лет, и я никогда не видела тебя таким… запутавшимся.
Опустив голову, я вновь прикрываю глаза.
– Не надо.
Это слово словно выжигает что-то во мне.
Вздохнув, Шелли опускает голову, но потом её глаза встречаются с моими, и в них горит огонь, а это означает, что женщина всё же скажет то, что хотела. Сжав зубы, я позволю ей это. Шелли бесчисленное количество раз спасала мою задницу, поэтому это меньшее, что я могу для неё сделать.
– Ты всегда был излишне профессиональным, Айзек, – Шелли прислоняется к машине, и я наблюдаю за некой борьбой, что происходит внутри неё. – Хладнокровным. Вот каким ты был. И лишь очень редко мне удавалось увидеть твою более мягкую сторону. А потом мы приходим сюда… – Вскинув руку, она указывает на окружающую нас темноту. – И ты изменился, Айзек.
Я смотрю на неё, а внутри меня кипит гнев.
