Необходимость танцевать буквально подавляет меня, но с тех пор, как я увидела, что и Айзек танцует в том же зале – ноги моей в студии не было. Прошёл час, а я всё ещё пялилась на стену спальни, где застал меня папин звонок, и телефон всё так же лежал на моих коленях. На мне всё ещё были пижамные штаны, и я знала, что мои волосы сейчас просто в кошмарном состоянии. На прикроватном столике стояла полупустая баночка Tango[23]
Правда заключается в том, что она всегда всплывает наружу, и иногда нам не оправиться от честности. Никогда.
Пульсирующее беспокойство охватило моё тело, и я понимала, что хоть я и держалась в стороне – больше я не могу это делать. Мне нужно поехать в студию. Мне нужно танцевать. Танец сможет излечить меня от боли – это то, что я знала, то, что было сейчас мне нужно. Мне нужно то чувство безопасности, что приходит только с расслабленностью.
Девяносто минут проходят в размытых движениях и рок музыке: Three Days Grace[24]
– Привет ещё раз.
Эти слова прозвучали так неожиданно, что я вскинула голову.
– Извини, не хотел тебя испугать.
Попытавшись собрать вместе тонкие струны самообладания, я едва сдерживаюсь, схватив полотенце и вытирая своё лицо, наблюдая за красивым мужчиной, который толкнул меня в тот последний раз, что я была здесь. Мои глаза исследуют его лицо. Ага, это не мираж – эти глаза оттенка самого яркого топаза, который я когда-либо видела, и, когда он улыбается, на его щеках появляются ямочки.
Потеряв дар речи, я только покачала головой. Этот мужчина великолепен – высокий широкоплечий шатен, чьи волосы находятся в лёгком беспорядке. Боже, это лицо, с волевым подбородком и лёгкой двухдневной щетиной. Он выглядит так, словно только сошёл с подиума.
– Я Ноа, – попытался привлечь моё внимание мужчина, протянув руку.
Я открываю и закрываю рот, а после – пожимаю ему ладонь. Я вздрагиваю, понимая, что едва ли вытерла руки, и сейчас он чувствует мой пот.
– Я – Лив. Извини. Я только что закончила свои два часа здесь, – объясняю я, убирая руку, чувствуя, как покраснели от смущения мои щёки.
Ноа хихикнул.
– Не то чтобы я раньше не касался потной женщины.
Засмеявшись, я фыркнула.
– О, дерьмо, это не должно было прозвучать так двусмысленно, – произнёс Ноа с улыбкой, отчего я ухмыльнулась.
– Ты только приехал? – Спрашиваю я, встряхивая руки. Мне нужно двигаться, пока моё тело полностью не остынет.
– Ага. Я собирался переодеться. Я забронировал шестой зал. Задержишься здесь ещё? – Спрашивает мужчина, бросив взгляд наверх, к потолку, где был расположен его зал, а после вновь смотрит на меня.
– Я закончила, – отвечаю ему. – Просто чуть разминаюсь.
– Дерьмо, тебе стоило сказать мне, чтобы я не мешал.
Я улыбаюсь, благодарная за то, что мне не нужно объяснять.
Ноа отступает на пару шагов к двери, а после, повернувшись, бросает взгляд в мою сторону.
– Хочешь как-нибудь выпить со мной кофе, Лив?
Я смутилась. Я вижу, что он собирается сказать ещё что-то, но опережаю его:
– Конечно. Завтра?
Мужчина кивает, соглашаясь.
– Завтра. Встретимся в «Coffee Cottage» на главной улице, скажем… в одиннадцать?
– Это…
Я замолкаю, чуть не сказав «свидание».
– Звучит, как план, – всё же заканчиваю я.
Ноа, сдерживая улыбку, уходит, направляясь к своему залу.
Выровняв дыхание, я сажусь, готовясь заняться своими пальцами. Что со мной не так, чёрт возьми? Это не первое мое свидание. Я много занималась этим, когда Айзек ушел. Теперь же, когда он внезапно вернулся, мне снова стоит вернуться в подростковый возраст и к дискотекам в старшей школе? И он даже не спросил меня об этом.
– Чёрт возьми, что со мной не так? – Бормочу себе под нос.
– Виа.
От прозвучавшего знакомого голоса моя спина напрягается. Я медленно разворачиваюсь на заднице и смотрю на него. Айзек.
– Что ты хочешь?
Мой вопрос звучит острее, чем я планировала, и от этого мне становится плохо.
– Прости, – говорю я, ссутулившись, обнимая колени.
