— Ну, это в Москве теперь дело обычное!
— Обычно кости, и рядом тряпье. А тут — как попало валяются.
— Может, и жрут их, — задумчиво кивнул Новосиб. — Ну что, Белоглазов, дам я тебе АКМ. И людей своих бери, прикроют тебя. Заходите в подъезд, выбирайте позицию — и глуши их там всех к чертовой матери. Все же это полное непотребство. А уж с бабами как получится!
— Нельзя, чтобы «как получится»… — Белоглазов поджал губы. — Надо что-то придумать.
— Человека туда надо, — подсказал Спец. — На крышу. С оружием, чтобы на месте мог поддержать огонь и прикрыть заложниц.
— И как его туда забросить? Катапультой? Хотя… — Новосиб поманил всех возвращаться в автобус. — Если быстро — а нам надо обязательно быстро, я сюда не на рыбалку приехал, уж извини! Так вот если надо сделать быстро — надо, чтобы они сами нашего человечка впустили. Опасно, конечно. Но есть у меня запас: на крайний случай, а не в нарушение сухого закона. Если они все хорошее пойло прикончили, так могу презентовать бутылку дорогого виски.
— А если они не станут его поднимать, если они в этом магазине на год пойлом затарились? — Спецу идея не понравилась. — Может, у них там и виски, и все что хочешь. Тогда просто прикончат.
— Тогда — да. Но такого виски в этой сети никогда не было, — уверенно сказал Новосиб. — Если захотят — поднимут его, ведь если сверху пристрелить, он ее уронит. Тем более, они вконец обнаглели, сами к себе на крышу мутантов тащат. Чтобы им одного человека испугаться? Про снайпера в окне они знать не будут. Так что ищите добровольца, но не из моих. Вы оба не пойдете, это мое решение, спорить с ним не надо.
В автобусе, после краткого изложения майором увиденного, Толик, конечно, сразу вызвался идти. Но Максим положил руку ему на плечо.
— Толь, я тебя прошу. Как друга.
— А чего? Я же… Ну, мне ловчей как-то, не обижайся!
И тогда Максим опустил голову и в самое ухо ему прошептал:
— Там, сзади, во втором автобусе, Лена ревет не переставая, ее уже истерика бьет. Я тебя очень прошу. Мне нужно.
Толик отстранился, посмотрел Максиму в серьезные глаза и усмехнулся.
— Быстро ты! Опасно вот так взять и… Сразу. Но мы ведь теперь одним днем живем, верно? А тогда иди!
— Анатолий! — Белоглазов смущенно кашлянул в кулак. — Я думаю, что… То есть, я не имею права решать, но…
— Пусть идет, Юрий Семеныч! — попросил Толик. — Может, завтра всех нас не будет, а сегодня Максиму надо! И если надо — надо делать! Все получится!
Вскоре Максим получил заветную бутылку виски и разобрал надпись на этикетке: «Glenfiddich». Тридцатилетней выдержки пойло его сейчас совершенно не интересовало, но надо же было сообщить мерзавцам, что принес в подарок. Кроме того, ему вручили снаряженный калашник и магазин про запас.
— Затвор взведен, — предупредил Белоглазов. — Стреляй сразу, как только ступишь на крышу, будешь падать — за цепь хватайся, что ли… Береги женщин, не задень! Все, жди сигнала.
Пожелав ему ни пуха, майор со снайперской винтовкой и товарищами исчез в подъезде, чтобы найти окно, выходящее на другую сторону и пригодное для обстрела крыши. Минут через пять в лестничное окошко седьмого этажа выглянул Толик.
— Все на мази, землячок! Действуй.
— Желаю удачи, — напутствовал из автобуса Новосиб. — И очень, очень постарайся не разбить бутылку.
«Шутки шутишь?» — зло подумал Максим, выходя из-за угла дома. Очень хотелось оглянуться на Лену, но он сдержался. Стараясь выглядеть испуганным — как ни странно, на самом деле он не боялся, а злился, — Максим, пригнувшись, пробежал через газон и приблизился к магазину.
— Эй! — негромко позвал он. — Эй, кто-нибудь! Здесь стреляли?
Он намеренно не смотрел вверх, хотя сразу услышал нетвердые, тяжелые шаги по крыше.
— Чо орешь, брателло?
— О! — «удивился» Максим, сообразив, откуда идет голос. — Это ты стрелял?
— Тебе какое дело? — Парень лет двадцати пяти, с опухшим от долгой пьянки лицом, наставил на него автомат. — Слав, у нас гости!
— Вас двое?! Парни, я, такое дело, один остался. Превратились мои друганы в тварей, один за другим! Возьмите в команду, а?
— Может, и ты такой же? — усомнился парень. — Зачем ты нам? Нам тут хорошо! Да, Слав? Вот спроси у наших девок, они тебе сразу скажут, что нам тут хорошо!
— Ну парни, я же пропаду один! Я и гостинец принес! — Максим достал из-за пазухи бутылку и зазывно покачал ею. — «Glenfiddich», тридцать лет, как с куста!
Рядом с первым на крыше показался тот, полуголый. Он допил бутылку пива, громко рыгнул и швырнул ее через голову гостя.
— «Glenfiddich» — это хорошо, Слав, — сказал ему первый. — А то у меня уже изжога от дерьма.
— А патроны у тебя есть? — спросил Слав.
— Два рожка!
— Ну поднимайся, бутылку только не урони. Эй, народ, помогите! Рыбу выловили!
