Исход Авроры полностью

– Станция проводила эксперимент. Были замечены какие-то… колебания мощности. Я увидела, как сфера темного света диаметром в тысячи километров поглощает мой корабль. Все приборы вышли из строя. А когда все прояснилось… появился ваш шаттл.

– Что за эксперимент? – спрашиваю я.

Скарлетт кивает.

– Чем на самом деле занимается ваша станция, лейтенант?

Лейтенант Ким оглядывается по сторонам, и впервые в ее глазах появляется намек на панику, которую она, должно быть, испытывает.

– Черт его знает. Секретные операции терранских военных.

– Похоже, первоочередная задача для нас сейчас – это сбор разведданных, – заявляю я. – Если мы прибыли именно в тот момент, когда проводился этот эксперимент, разумно предположить, что он мог ускорить прибытие. Мы должны определить назначение этой станции.

– Как? – спрашивает Фин. – В прошлый раз, когда мы там объявились, они пристрелили нас на месте.

– Может, мы могли бы с ними поговорить? – предлагает Скарлетт. – Они ведь тоже переживают последствия этой временной петли…

– Нет, – говорит Ким, качая головой. – Не думаю, что кто-то на станции имеет представление о том, что происходит. Первые несколько раз, когда я перезагружалась, прежде чем связь прервалась, я связывалась со «Стеклянной туфелькой», запрашивала инструкции. И каждый раз получала одни и те же ответы. Слово в слово. Они вели себя так, будто ничего не случилось. Я имею в виду, помимо нарушения целостности ядра и всего остального, что там сейчас происходит.

– Не знаю, чего вы ожидали, – говорит Фин. – Вы привязали себя к буре темной материи и попытались поймать квантовые импульсы. На случай, если вы не поняли предыдущих аналогий, то скажу так: это все равно что забрести в загон, полный мондорианских вальшинов, и расстегнуть молнию на штанах.

Его встречают три непонимающих взгляда.

– Нет? Вы никогда… Что ж, скажем так, это нецелесообразно.

Скарлетт задумчиво надувает губы, глядя на Ким.

– Если все это произошло из-за нашего прибытия и только ваш корабль оказался рядом с нами, то это, наверное, объясняет, почему вы тоже попали в петлю, а никто другой не в курсе, что это вообще происходит.

– Хм, – произносит Ким, бросая на Скарлетт такой взгляд, будто она удивлена, что Скар высказала такое проницательное замечание. Но оно весьма разумно.

– Нам необходимо узнать больше информации, – заявляю я. – Знание – это ключ. У нас есть двадцать восемь минут до того, как второй квантовый импульс, который мы наблюдали, поразит парус, а затем и станцию, что может вывести из строя жизненно важные компоненты внутри. И если ядро станции повреждено, отключение самой станции – это только вопрос времени. Пора действовать.

– И что же делать? – снова настороженно спрашивает лейтенант Ким.

– Установить факты, – отвечаю я. – Событие выглядит постоянным, но без дополнительных данных нельзя предположить, что постоянная природа временной аномалии не зависит от скорости распада.

На лице лейтенанта появляется знакомое мне выражение, хотя в последнее время я испытывала его не так часто. Она понятия не имеет, о чем я говорю. Ким смотрит на Скарлетт, а та на Финиана.

Финиан переводит:

– Она имеет в виду, что, поскольку мы не знаем, что запустило цикл, мы не в курсе, будет ли он продолжаться вечно. У нас может не хватить времени.

– Что ж, давайте выдвигаться, – говорит Ким. – У вас есть скафандры?

– Я так понимаю, у вас появилась идея, как доставить нас на борт? – спрашивает Скарлетт.

– Зависит от обстоятельств, – отвечает лейтенант Ким. – Вы сертифицированы для выхода в открытый космос?

– Некоторые из нас больше, чем другие, – отвечает наш Лик, кривясь. – Фин поможет мне. Он великолепен в невесомости.

– Даже не представляете, настолько, – ухмыляется Финиан.

Лейтенант Ким мгновение изучает Фина, затем отводит взгляд, будто не хочет напоминать себе, что помогает бетрасканцу. Полагаю, военная подготовка научила ее доверять своим инстинктам, справляться с ситуациями повышенной напряженности, сохраняя при этом ясную голову. Не имея другого разумного объяснения, она, похоже, готова поверить в то, что подсказывают ей собственные чувства. Но, признаюсь, я слегка восхищаюсь тем, как хорошо она воспринимает эту ситуацию.

Лейтенант смотрит на меня, и я понимаю, что пялюсь.

Быстро отвожу взгляд, опуская голову, так что волосы падают мне на глаза.

– Вся станция будет в состоянии повышенной готовности, – предупреждает она. – Сбой в эксперименте произошел менее двадцати минут назад. Они могут подумать, что это диверсия, и тогда пристрелят вас на месте. На моем корабле есть грузовой отсек, но там будет чертовски тесно, так что, надеюсь, вы трое понравитесь друг другу. Очень.

Я вижу, как Финиан и Скарлетт обмениваются мимолетными взглядами.

– Я доставлю вас к третьему воздушному шлюзу, – продолжает Ким. – Если нам повезет, охрана будет слишком занята поломкой ядра, чтобы заметить нас.

– А если не повезет? – спрашивает Скарлетт.

Фин изображает на лице тонкую улыбку.

– Одиннадцатый раз – точно удачный, м-м?

• • • • •