Исход Авроры полностью

Она прикусывает губу, вертя в пальцах нож.

– Твои собратья по Легиону Авроры делают все возможное, чтобы немного затушить пламя. Созван экстренный саммит Галактического Сообщества, тема – «Растущая волна беспорядков среди разумных рас Млечного Пути». Он состоится в этой вашей Академии Авроры через пять дней.

Я сажусь на койке. Сердце жутко колотится, желудок ноет.

– В Академии? Почему ты не сказала?

– Я сказала, только что. Почему это так важно?

– Мой сон, – выдыхаю я, сердце того и гляди выскочит из груди. – Это… видение. В этот раз все было иначе. Я увидел Академию Авроры, она сияла, как маяк в темноте. Я потянулся к ней, и она… взорвалась прямо у меня на глазах.

Я вижу это снова – внезапная вспышка боли в сознании, образ разрушенной Академии, последняя надежда галактики, исчезнувшая вместе с ней.

…исправь это, Тайлер…

Я качаю головой, пульс учащается.

– Если все главы Галактического Сообщества соберутся в одном месте и Ра'хаам ударит по ним…

– Идиотское решение собраться всем вместе. – Саэдии хмурится, размышляя. – Но, если ты считаешь, что Академия под угрозой… возможно, я могла бы предоставить тебе доступ к нашей системе связи. Отправишь им предупреждение.

– Думаешь, Легион ответит? – усмехаюсь я. – И тем более поверит? ГРУ объявило меня террористом, Саэдии. Массовым убийцей. Предателем Легиона и собственного народа. К тому же передача сообщения будет осуществляться с корабля Несломленных.

– Наверняка у тебя остались знакомые в Легионе, которые все еще тебе верят. Как насчет тех, кто оставил вам подарки в Изумрудном городе?

– Адмирал Адамс и боевой командир де Стой, – киваю я, лихорадочно соображая. – Они точно что-то знают. Но у меня нет возможности связаться с ними напрямую. Если бы я оказался на борту «Авроры», то смог бы отправить сообщение Адамсу по внутренней сети Академии. Но когда речь о чем-то настолько важном, я не могу просто бросить предупреждение в темноту и надеяться, что какой-нибудь зануда распространит его по станции.

Я качаю головой, с каждым вздохом становясь все более уверенным.

– Ты должна доставить меня туда, – заявляю я.

Взгляд Саэдии остер, как битое стекло.

– «Должна» – совсем не то слово, которое следует употреблять по отношению к Темпларам, терранин.

– Если Ра'хаам уничтожит Сообщество, это ввергнет галактику в хаос! И каждый день, потраченный на то, чтобы собрать осколки, – это еще один шаг к расцвету Ра'хаама! Саэдии, мы должны остановить…

– Опять эти слова.

– Творец, да ты хоть слушаешь меня? – Я стаскиваю ее сапоги со своих бедер, поднимаясь с койки. – Возможно, мы единственные, кто знает, что происходит!

– У меня есть заботы поважнее, чем…

– Поважнее?! – кричу я. – На карту поставлена вся галактика! Мы знаем правду! Наш долг остановить это!

– Не смей читать мне проповеди о долге, Тайлер Джонс! – рычит она, тоже вскакивая. – Ты ничего не знаешь о его значении! Наш архонт бесследно исчез в Пустоте! Дюжина военачальников Несломленных готовы захватить контроль над кликой, и я единственная, кто может удержать нас от развала. Будущее моего народа балансирует на острие меча! И ты ноешь, что я должна отклониться от курса и войти во вражеское пространство, чтобы спасти шайку шан'ви, которые настолько глупы, что рискнули собраться для болтовни в такое-то время?

– Они пытаются установить мир! – воплю я. – Сообщество не знает, что Ра'хаам где-то там!

– Значит, они еще и слепые.

– Саэдии, ты не можешь позволить им…

– Не указывай мне, чего я не могу! – рычит она, и ее лицо оказывается в сантиметрах от моего. – Я – Темплар Несломленных! Я проливала кровь в сотнях сражений! Я – дочь Звездного Убийцы! Я делаю, что хочу, иду, куда хочу, и беру, что хочу!

Она сердито пялится на меня, зубы в оскале, пытается восстановить дыхание. Ее глаза остры, как лезвие в ее руке. Саэдии прижимается ко мне так близко, что я чувствую, как под кожей колотится ее сердце. Ее разум снова проникает в мой, мысли пропитывают меня насквозь.

Она – ярость. Она – огонь. Вонзается мне в грудь, словно клинок.

Я делаю, что хочу.

Я иду, куда хочу.

Я беру, что хочу.

И тогда я вижу это. Когда ее взгляд скользит от моего лица к губам и обратно.

Дыхание Творца, она хочет меня.

Мы врезаемся друг в друга с такой силой, что у меня снова открывается ранка на рассеченной губе. Саэдии дышит мне в рот, а мои пальцы зарываются в ее волосы, и мысль о том, как это глупо, заглушается ощущением ее тела в моих объятиях, когда я отрываю ее от пола.

Она, задыхаясь, крепко обхватывает меня ногами за талию. Мы врезаемся в стену. Ее ногти рисуют огненные полосы на моей обнаженной спине, а мои руки крепко стискивают ее, с силой вдавливая в металл. Каким бы глупым это ни казалось, каким бы безумным ни было…

Завтра вся галактика может оказаться в состоянии войны.

Мы все рискуем погибнуть.

Живи сегодняшним днем. Ибо завтра мы умрем.