И вдруг Хадд отступает. Нет, войска на границе остаются, но с той стороны приходит странная просьба о встрече. Еще одна уловка? Какой-то трюк, чтобы усыпить бдительность? Феликс предположил самое худшее, тем более что в самом Арвитане активизировались тарнасские шпионы, не стесняясь действовать в открытую. Чего они хотели — было не понятно, и это бесило главу тайной разведки Арвитана больше всего. Он не понимал мотивов Хадда, его желания воевать, его отказов от любого сотрудничества, словно это личное — вендетта. Но почему?
— Мы должны исследовать тот район, — предложил Уилл. — Артур нам в этом поможет. Заодно и мы поможем ему зачистить мятежные острова. По крайней мере эту брешь закроем, пока вы будете договариваться.
— А я считаю, что это все ловушка, — возразил Феликс. — Попытка нас отвлечь.
— Но ты сам сказал, что подозрительные движения на границе прекратились, — обратился к нему Александр. — Мы стянули туда большую часть наших магов.
— А если и это ловушка? Отвлекающий маневр?
— Хадд не настолько силен, — вклинился в диалог Дэйтон. — Даже со всеми возможностями Вестралии, у него нет главного — полукровок. За двадцать лет мирной жизни, в Арвитане обосновалось достаточно представителей нашего вида. Это их дом, и уверен, они будут защищать его до последнего. Да, в последние годы Хадд активно приглашал переселенцев, но многолетняя смута в Тарнасе едва ли была привлекательной для строительства лучшей жизни. Он знает, что без них ему не победить.
— Ему и с ними не победить. Особенно теперь, когда мы знаем, что повелитель Илларии в любом случае не останется в стороне, — возразил Уилл.
— Да, но если илларские заговорщики и Тарнасский волк как-то связаны, и если они знают о главной слабости Инара, то им достаточно будет сделать только один точный выстрел, чтобы уничтожить обе наши страны, — с намеком проговорил Киран, заставив всех присутствующих, за исключением Томаса и Ремиаса Прелатти, подавленно замолчать. Ведь это действительно казалось очень, до крайности логичным и пугающим одновременно.
— Свяжись с ним, отец, — в итоге предложил Дэйтон. — Если все именно так, как мы думаем, то это и его касается.
— А мы с Кираном отправимся к Гаттину. Попробуем собрать доказательства.
— А я тогда подумаю, как устроить встречу с этим наглым мальчишкой, заигравшимся в мужские игры. Он же хочет переговоров, так я их ему устрою, — с предвкушением потер руки Феликс. — Томас, ты остаешься за главного. Следи, слушай и отмечай малейшие колебания фона в столице и в провинциях. Твои люди готовы?
— Не волнуйтесь, все на месте. Как только что-то случится, они передадут, — отрапортовал заместитель Феликса.
— Ремиас, на тебе Эссир. Нельзя, чтобы наши илларские гости хоть что-то заподозрили, — проговорил Дэйтон.
— Я понял, ваше высочество, все будет сделано.
— Берите всех, кто будет вызывать хоть какие-то подозрения. Время тишины и спокойствия прошло. Сейчас любое промедление чревато войной.
Король мог бы и не говорить этих последних слов, все и так это понимали. Им предстояла большая работа, любая ошибка в которой могла стоить не только жизни жителей Арвитана, но и той единственной, которая была важна. Феликс был прав — на груди его дочери висела мишень, вот только повесил ее не повелитель Илларии, а Самира. И с этим ему тоже надо будет разобраться.
— Если у вас больше нет вопросов, то предлагаю детали обсудить позже. Дэйтон, мы не слишком еще тебя утомили?
— Переживу, — отмахнулся мужчина.
— Тогда у меня к тебе есть еще одно дело. И боюсь, оно тоже не требует отлагательств.
— Кажется, я догадываюсь, о чем пойдет речь, — настороженно проговорил принц.
— Едва ли, но… посмотрим, — ответил король.
Да-а. День сегодня выдался на редкость насыщенный, как и вся моя жизнь в последнее время. Настроение после подслушанного разговора скатилось в глубокий минус и выбираться оттуда не спешило. Да и самочувствие было под стать настроению. Зря я так опрометчиво отмахнулась от помощи ректора. Все-таки рука у жуткой тени зверь-повелительницы тяжелая.
Голова начала гудеть, аки колокол, горло словно кто-то изнутри расцарапал, ноги-руки заледенели, да и вообще… такое чувство, что меня кто-то пожевал и выплюнул, не вкусной видать оказалась.
Пока брела в свою комнату, раз пять чуть носом не проверила чистоту коридорного пола, один раз едва с лестницы не навернулась, отбила локоть, не заметив железные доспехи на повороте.
Нет, ну кто на повороте доспехи ставит? Еле успела отпрыгнуть, когда они опасно закачались и с гулким грохотом развалились. Хлипкая конструкция, неустойчивая. Но зато после доспех я серьезно призадумалась — а не забрела ли опять в запретную часть замка? Нет, я конечно не идеал, но неуклюжестью никогда не страдала. А тут прямо, как проклял кто. Спотыкаюсь на ровном месте.
Однако оповещательный браслет молчал, в коридоре не наблюдалось ни одной живой души, кроме меня, здравых и не здравых объяснений не осталось. Появилась мысль: а куда я собственно иду?
