Языки пламени всколыхнулись от новой порции трав и расступились, словно приоткрывая завесу. Воздух пошел рябью, задрожал и в самом центре из клубов стал формироваться образ человека. Человека было видно со спины, в руках у которого был раскрытый медальон, от душка которого свисала цепочка. Сам человек угадывался лишь туманными контурами, а вот медальон можно было легко рассмотреть. Внешняя крышка была из сплетенных разных по толщине металлических нитей похожих на тонкие стебельки. По краям плетение было плотным и лишь в центре оставалось тонкое отверстие. В целом переплетённые нити напоминали листок цветка. В раскрытом медальоне и лежал тот самый листок. Сам листок был серым с серебряными прожилками, которые слегка мерцали. Человек провёл пальцем по контуру медальона и слегка коснулся самого листка. Спустя мгновение он захлопнул медальон… Видение пропало. Зрение прояснилось, я увидела знахарку напротив себя, за костром.
–Ну, всё дорогая, духи показали то, что посчитали нужным. Лишь ты со временем поймешь что оно означает.
Всю дорогу назад я пыталась понять, что означает это видение. Друг или враг тот человек. Что это за медальон? Может это предупреждение? Что мне надо сделать, если я найду человека с таким медальоном? Ведь если мне его показали, значит, он точно появится на горизонте. Виденье должно мне помочь. Только пока оно рождает лишь вопросы.
Ветер хлещет в лицо. Едва успеваю уклоняться от низких веток. Краем глаза замечаю, как мелькают фигуры ещё двух волков из стаи Грона. Это сопровождение временно. И вот уже лес оглашает вой – пожелание удачной дороги. Грон не сбавляя скорости отвечает таким же воем. Теперь нас только трое: Грон, я и мой маленький хмыр. Вчера мы долго выбирали ему имя, но тот только фыркал. Единственное, что я точно знаю, так это то, что хмыр –самец. С именем же решили повременить, может, что и надумаю потом. Из всех нас везёт, наверно только хмыру. Он единственный спокойно дрыхнет у меня за пазухой. Эта бешеная скачка длится не меньше часа, а перед глазами всё ещё стоят Серафим с Лукерьей машущие мне вслед рукой. Даже Уголёк на прощание лизнул мне щёку. Выехали мы на рассвете. Не хотелось затягивать прощание, да и боялись наткнуться на незваных гостей. Потому и сопровождение взяли на первое время.
Впереди два дня пути, а в голове каша хоть ложкой выгребай. Опять полная неизвестность. Из определенного лишь путь до Гребсбена, а там все как в тумане. Подумать и взвесить все за и против мешает скачка. Тут бы не свалиться и голову не расшибить, а не планы строить. Сейчас я по достоинству оценила наличие перчаток. Если бы ни они руки давно бы уже окоченели от холода. Вместо плаща пришлось одеть утеплённую охотничью куртку. Хоть и великовата, зато тепло. В целом наряд мой и походил на деревенского молодого охотника. Грудь перемотали потуже, волосы сплели и спрятали. Лукерья прям взвилась, когда я попросила её помочь мне обрезать волосы. «Ты – говорит – лучше потуже переплети и спрячь шапкой, чем потом будешь объяснять их отсутствие, когда переоденешься в городе. Там-то больше вероятность набрести на стражу». После сборов мешок мой существенно потяжелел по сравнению с предыдущей поклажей, но пока терпимо. В ступор ввел меня охотничий нож. На пояс прикрепить его не смогли, мешок при езде давил на рукоятку. Поэтому ножны прикрепили ремнями к ноге и спрятали за голенищем сапог. Серафим показал, как нужно метать нож в цель и наносить удары, только тренировка была не долгой, но и это уже кое-что. Несколько раз я ведь попала в цель! Наличие ножа успокаивала, вселяя небольшую долю уверенности.
Что я поняла в первый день? Грон мой герой! Не было бы его, я бы добиралась до города гораздо дольше. Нет, конечно, сориентироваться в лесу и определить направление я бы смогла, но почувствовать приближение посторонних вряд ли. Не раз мы резко меняли направление, уходя глубже в лес. Пробирались по неглубоким речушкам, сбивая след и прятались в оврагах пережидая. И это все в первый день! Полной уверенности, что скрываемся мы от погони, у меня не было, но проверять не хотелось. Не хотелось, а пришлось.
Грон почти не отходил от меня, но ведь и моему герою кушать хотелось! Днем остаться одной было не страшно, а вот поздно вечером, когда мы уже решили остановиться на ночлег страх подкрался незаметно. Усталость, скопившаяся за день дала знать нытьем во всем теле. Грон убежал охотиться, а я притащила несколько веток, устраивая лежанку и сухих веток для костра. Всё вроде замечательно, но хмыр начал бегать вокруг меня как сумасшедший и кусать за руку как только я пыталась разжечь костёр. Это и так не легкая задача для меня, а тут он еще мешает. Я начала злиться, отпихивать его от себя, но всё тщетно. В какой-то момент браслет на руке слегка нагрелся. Меня прошиб пот. Осознание, что хмыр не просто так не дает развести костёр нахлынуло волной. Огляделась, вроде ничего необычного… но все же!
