…Вот так все и происходило, — закончил Лотэ свой рассказ, сидя в кресле вместе с обнимающим его Баррэтом. Родители юноши вместе с четой Ротаолей расположились за столом напротив. — Я ничего не мог сделать. Только стал заложником, вынудившим Рэни согласиться с принцем.
— Не вини себя, любимый! — Прошептал Барр, зарываясь носом в пушистую макушку мужа. Воином владела беспредельная ярость. И только понимание, что сорвавшись, он навредит не только себе, но и своим любимым, сдерживала его эмоции в узле. Но и спускать без возражения произошедшее он не собирался.
— Проклятье! — Рыкнул не менее зятя разгневанный лорд Хирото. — Его высочество прикрылся со всех сторон! Мы все вынуждены будем сделать вид, что ничего особенного не произошло. Что все так и надо! Ведь наследник не просто похитил независимого графа, он на нем ЖЕНИЛСЯ! Нас просто не поймут, если мы начнем возмущаться.
— Не знаю, как вы, а я свое возмущение выскажу, — мурлыкнул Баррэт, потягиваясь словно большая кошка и вставая с дивана. — Если принц считает, что Воронали смолчат…
— Замолкни, мальчишка! — Рявкнул раздосадованный Хирото. Но хватило одного взгляда Баррэта, чтобы Сауналь осекся.
— Что из сказанного мной ранее вы не поняли, леди, господа? — Ласково-ласково произнес воин, оглядывая притихших родственничков. Лотэ за его спиной одобрительно хмыкнул. — Я разве вмешиваю вас в наши разборки? Разве прошу Центральные провинции присоединиться к Цитадели и Круглому Холму? Или вы решили, что я начну мятеж? Всего лишь собью спесь с одного коронованного ублюдка, и слегка облегчу семейную жизнь своему племяннику, поучив уму разуму его, так называемого, супруга. А еще оторву кое-кому яйца за то, как он поступил с моим беременным мужем. Так, маленькая семейная разборка!
— Милый! — В полный голос расхохотался Лотэ, благо в гостиной под пологом молчания собрались только свои, даже магов не было. — Какие яйца?! Не лишай удовольствия Рэниари самому это сделать!
Не ожидавшая подобного от своего всегда столь воспитанного сына леди Вениа тихо икнула от неожиданности, а ее муж налился кровью при этих словах.
— Да что ты понимаешь!.. — зарычал он. — Не тебе тягаться с властью короля! Не надо переть в лоб и впутывать графа Вориндо в наши разборки! И тем более настраивать его против старшего супруга и будущего короля. Я с уважением отношусь к лорду Рэниари. Он умный и многообещающий юноша. Но что сможет сделать семнадцатилетний неопытный мальчик с матерым интриганом, каким стал его муж за свои шестьдесят с лишним лет! Если вам, лорд Баррэт, удалось провернуть интригу с Советом…
Но тут уж захохотали оба Вороналя. Несносный Лотэ даже повалился на диван, держась за живот. Сам Барр ржал в голос, уцепившись за дверной косяк для устойчивости.
— Не…неопытный мальчик?!.. — с трудом выдавил из себя Баррэт, немного отдышавшись. — Каким же он станет, когда наберется опыта! Господа, спешу вам сообщить, что вся интрига с Советом от начала и до конца была задумана и провернута лично Рэниари!
И глядя в обалдевшие лица родственников, добил их:
— И брак с принцем посчитан был этим паршивцем с самого начала!
— Что?.. — только и смог выдавить Хирото, ошарашено переглянувшись с таким же недоумевающим Ластоном. Леди Вениа сидела, неприлично открыв рот. И только лорд Вэндинк вдруг понимающе улыбнулся.
— Хорошая интрига, — отозвался он одобрительно. — Для мальчика, не достигшего совершеннолетия и воспитанного младшим, это был единственный способ спасти владения своей семьи.
— Благодарю, милорд, — поклонился Барр ами Сэриэля: — за столь высокую оценку моего родича. Но Рэниари сражался не только за владения Вориндо. Он вынужден был сражаться за жизнь всех нас и за собственную свободу. Сейчас я скажу вам причину того, почему мы так торопились, и почему Рэни принес себя в жертву тому, кого презирает.
— О чем ты говоришь? — Тут же насторожился старый интриган Сауналь. — Причем тут жизнь и свобода? Даже если бы Рэниари не признали графом сейчас, он все равно получил бы титул и владение после своего совершеннолетия. И именно ты стал его опекуном помимо чисто формального внимания короля. Единственное, что бы грозило юноше — это навязчивое внимание принца и, скорее всего, титул его фаворита.
— О, нет, отец! — Подал голос Лотэ. — Рэни грозил ошейник и камера в подземелье, если бы он не вынудил принца на брак, — пусть их с Сэри родители считают, что все происходило именно так. Ни к чему родственникам знать всю подоплеку этой выгребной ямы. — Я же рассказывал, КАК все происходило, когда меня похитили.
— Рэни Искра, — тихо и просто произнес Баррэт, прежде, чем тесть вновь открыл рот.
Эта новость ударила подобно молнии. В гостиной повисла тишина.
— Теперь многое становится ясным, — вымолвил, наконец, лорд Ластон. — Действительно… вся интрига была направлена на опережение. Спасти свою семью и получить покровительство королевского рода… Примите мои искренние поздравления!
— Я же тебе говорил, что Сэри не ошибся в выборе мужа, — подал голос его младший супруг. Старший из Ротаолей только головой покачал.
