— Их слова не сломят тебя, но твои действия могут заставить их замолчать.
Его слова, простые и прямые, ударили точно в цель. Она почувствовала, как её дыхание немного выравнивается, а гнев, смешанный с обидой, сменяется решимостью.
"Да, — подумала она. — Я докажу им всем."
Волхв кивнул ей едва заметно, словно ощущая её настрой, и снова направился вперёд.
Голоса, как слабые порывы далёкого ветра, всё ещё разносились по тропе, но Аня больше не обращала на них внимания. Она сосредоточилась на звуке собственных шагов, ощущении земли под ногами, на ритме своего дыхания. Эти мелочи помогали удержаться на грани — не дать гневу и обиде поглотить её. Впереди её ждало нечто большее, чем злословие чужих людей, и она не могла позволить себе отвлекаться.
Идти стало легче. Лес начал расступаться, и перед ними, словно скрытые завесой времени, появились Холмы Света. Их величие и загадочная атмосфера затмевали всё, что только могла представить Аня. Но вместе с этим она чувствовала, как внутри неё растёт твёрдое намерение доказать не только другим, но и самой себе, что она способна на большее, чем кто-либо мог подумать.
Когда они достигли подножия Холмов Света, Аня не смогла сдержать удивлённого вздоха.
Холмы поднимались к небу плавными изгибами, словно исполинские волны, застывшие во времени. Над ними возвышались древние каменные арки, испещрённые светящимися рунами. Эти символы переливались мягким золотистым светом, будто пульсировали в такт невидимому сердцебиению самой земли. В этих рунах было что-то завораживающее, почти гипнотическое, и Аня почувствовала, как её пальцы невольно тянутся к ним.
Вокруг холмов раскинулся лес, но теперь он казался другим. Тишина была слишком густой, как натянутая струна, готовая лопнуть. Воздух здесь был плотным, насыщенным энергией, которая словно проникала в каждую клеточку тела. У Ани побежали мурашки по коже.
— Это место… — начала она, но волхв резко прервал её.
— Это место покажет тебе, кто ты есть.
Его слова прозвучали скорее предупреждением, чем наставлением.
Группы учеников и их наставников начали расходиться по холмам, каждый направлялся к своей арке. Эти арки, казалось, звали их — руны сияли ярче, едва они подходили ближе. Аня видела, как один из наставников коротко коснулся плеча своего ученика, что-то прошептал, и тот исчез за аркой.
Невдалеке, чуть выше по склону, высокий юноша с тёмными волосами лениво бросил:
— Надеюсь, для кого-то испытание не окажется слишком сложным.
Его слова прозвучали громче, чем нужно, намеренно выделяясь среди окружающих голосов. Он бросил на Аню насмешливый взгляд, а уголки его рта изогнулись в самодовольной улыбке.
Аня почувствовала, как внутри всё кипит. Она стиснула зубы, пытаясь удержаться от колкости в ответ. Вместо этого она сделала глубокий вдох и двинулась к своей арке, стараясь держаться прямо.
"Я докажу им," — твёрдо решила она, подходя ближе к своей арке.
Она остановилась перед аркой. Руны на ней вспыхнули, как только её пальцы коснулись камня. Тёплое сияние охватило её ладонь, заставив дрожь пробежать по телу.
— Это твой путь, — тихо сказал волхв за её спиной. — Не бойся себя.
Его слова прозвучали как напутствие. Аня сделала шаг вперёд, переступив через порог. Её сердце билось так громко, что она не слышала ничего, кроме его ритма.
Туман окружил её, словно невидимые стены, плотный, влажный, будто сгустившийся воздух. Он проникал в лёгкие, делая каждый вдох тяжёлым, обволакивал её кожу холодом, от которого мурашки пробежали по всему телу. Но это был не просто туман. Аня чувствовала, что он живой. Каждый завиток словно шептал ей что-то на грани слышимости — слова, которые невозможно было разобрать, но которые несли с собой тревогу.
Она попыталась шагнуть вперёд, но её ноги словно утопали в вязкой пустоте. Пространство вокруг начало изменяться, и в серой пелене начали проступать образы. Сначала они были едва различимыми, словно отражения на рябящей воде, но затем стали резче, живее, как будто воспоминания, ожившие перед её глазами.
Первым она увидела лицо своей матери. Мама металась по знакомой комнате, её движения были резкими, будто она искала что-то, что никак не могла найти. Её глаза, всегда такие спокойные и заботливые, теперь были наполнены слезами и отчаянием. Она смотрела прямо на Аню, но в этом взгляде девочка видела только боль. Мама что-то кричала, но звук был приглушённым, искажённым, как будто его заглушал сам туман.
— Мама... — прошептала Аня, чувствуя, как её сердце сжимается от нахлынувших эмоций. Она шагнула вперёд, протянув руку, но едва успела дотронуться до призрачного образа, как он растаял, словно никогда не существовал.
Вместо матери появился волхв. Его лицо было суровым, холодным, а глаза, обычно проницательные, теперь смотрели на неё с ледяным презрением. Это был взгляд, который она больше всего боялась увидеть.
— Ты ничему не научилась, — его голос прозвучал резко, как удар хлыста.
Аня почувствовала, как слова застряли у неё в горле. Она хотела оправдаться, закричать, что это неправда, но её голос исчез, как будто поглощённый туманом.
