Он сделал шаг вперёд. Но, прежде чем он успел продолжить, Аня подняла руку. С трудом сосредоточившись на еле ощутимом потоке энергии внутри себя, она вызвала "Небесный клинок". Фиолетовая вспышка разорвала ночь, заливая развалины светом. Меч, сияющий, как звезда, появился в её руке.
— Назад! — выкрикнула она. Её голос, прорезавший ночную тишину, эхом отразился от стен.
Один из нападавших вскрикнул, отшатнувшись.
— Ведьма! — раздался испуганный голос, его тон выдал первобытный страх, который ничто не могло скрыть. Остальные застыли, их тени колебались, словно сам свет клинка отбрасывал их назад.
Аня не стала ждать. Она направила клинок на ближайшего из мужчин. Меч разорвал воздух, оставляя за собой сияющий след. Этот жест был достаточно угрожающим, чтобы заставить нападавших бежать. Один за другим они исчезли в тенях развалин, оставляя только эхо своих шагов.
Только бородатый мужчина остался на мгновение. Его глаза, полные злобы, встретились с её взглядом. Он сделал шаг назад, не сводя с неё глаз, и бросил, сквозь зубы:
— Ты за это заплатишь, ведьма.
А затем исчез, растворившись в темноте, словно его никогда и не было. Развалины снова погрузились в тишину, но эта тишина больше не казалась мирной.
Только после этого Аня позволила мечу исчезнуть. Силы покинули её, и она упала на колени, тяжело дыша. Использование клинка истощило её до предела. Холод земли проникал в тело, но она была благодарна за то, что всё закончилось.
— Я жива, — прошептала девочка, слабо прижимая руки к груди. Её голос дрожал, но она чувствовала в себе странную, едва уловимую решимость.
Солнечный свет, пробивавшийся сквозь тучи, показался ей нестерпимо ярким. Аня проснулась позже, чем планировала, день был уже в разгаре. Слишком поздно. Слишком долго. Тело ныло, каждый мускул напоминал о том, какой ценой далась ей победа, но она знала, что задерживаться нельзя. Остатки сна были тревожными, и её голова кружилась от усталости.
Аня медленно поднялась, осмотрев своё временное убежище. Развалины казались пустыми, но её взгляд всё равно скользил по теням, выискивая движение. Странников не было, но чувство тревоги не отпускало.
Собрав свои скудные пожитки, Аня двинулась прочь, стараясь двигаться как можно тише. Земля под ногами была сырой, и каждый шаг отдавался в ушах, как шорох пергамента. Её ноги казались тяжёлыми, но она знала: любое промедление может стать роковым. Лес, обступивший её со всех сторон, словно дышал вместе с ней. Его шорохи, доносящиеся со всех сторон, заставляли оглядываться.
Пробираясь дальше на север, она размышляла о прошлой ночи. Нападение было предупреждением: её дар не только защищает, но и делает её мишенью.
— Я должна быть сильнее, — прошептала она себе, глядя куда-то на далёкий горизонт, где земля сливалась с небом.
К полудню Аня почувствовала, что восстановилась лишь частично. Голод мучил девочку, но, к счастью, по пути она нашла несколько корней и ягод. Жевать их было неприятно, горечь ягод обжигала язык, но они дали ей достаточно сил, чтобы продолжить путь. Впрочем, её мысли были заняты не только поиском еды. Лес остался позади, но впереди была равнина — бескрайняя, неумолимая, будто сама природа решила испытать её до конца.
К вечеру Аня поднялась на небольшой холм. Оттуда её взгляд устремился вдаль, где виднелась бескрайняя серо-зелёная равнина. Где-то там, за горизонтом, возможно, скрывалось то, что она искала. Северные Врата. Это таинственное название снова всплыло в её сознании, как чёткая цель, которой она не должна была достичь во что бы то ни стало.
Аня немного задержалась на вершине холма. Её пальцы невольно коснулись мешка со свитками, и это прикосновение придало девочке сил. Ветер шевелил её волосы, холодный, но бодрящий, словно сама природа поддерживала её.
— Я найду Северные Врата, — сказала она вслух, её голос звучал твёрдо, даже уверенно. — И узнаю, зачем я попала сюда.
Через несколько часов Аня пересекла равнину и снова углубилась в густой, тёмный лес. Шелест листвы сливался с шумом её тяжёлого дыхания, пока Аня пробиралась через переплетение ветвей, которые цеплялись за её одежду, словно пытаясь удержать. Корни, вздымающиеся из земли, казались змеями, готовыми схватить её за ноги. Каждый шаг требовал усилий, и тело, измученное долгим переходом, отвечало болью в мышцах.
Мешок со свитками тянул плечо, превращая каждый шаг в испытание. Он был больше, чем просто груз. В нём хранились знания, переданные ей волхвом, и отказаться от него было равносильно предательству — не только его, но и самой себя. Она чувствовала, как ремень мешка врезается в кожу, оставляя горячие, пульсирующие болью следы.
"Северные Врата," — повторяла она про себя, словно мантру. Бессмертный сказал искать этот город, но что это за место? Город? Крепость? Или, быть может, руины, затерянные в лесах? Аня перебирала в голове обрывочные сведения, но ни один свиток, ни одна подсказка не давали точного ответа.
