— Твоё дело исцелять болезнь Йони, а не рассуждать! Симеон — мой сын, внук великого герцога. Значит, он необычный ребёнок.
Любые слова были бессильны против веры матери.
— Положите его, — попросила я, снова начав задыхаться от запахов и мрака, накрывшего душу.
Искра во мне всколыхнулась и разрослась. Пальцы сложились в правильном жесте и коснулись тела Симеона. Магия потекла янтарным потоком. Я хотела помочь Йони. Правда, хотела! И как радостно было заметить, что его кожа светлеет и становится свежее, лицо приобретает человеческие черты и детскую округлость. В этот момент я не думала о себе, отдавая всё, что хранил мой дар.
Потом сознание стало уплывать, а комната растворяться в черноте.
— … не хватит надолго…
Услышав голос Гераты, я ощутила, как меня куда-то повели. Я шла и шла, подчиняясь воле поводыря. Затхлый воздух перестал сдавливать лёгкие, света и простора стало больше.
— Сиди, принесу отвар. Всегда знала, что ты глупая и наивная девчонка! — зло прокаркала ведьма. — Нельзя себя так раздавать. И не рассчитывай на благодарность Клариссы.
— Йони… — слабо улыбнулась я и помотала головой. — Клятва дому Уикфил. Не только она…
Я собиралась сказать наставнице, что мной руководило не обязательство или заклятие артефакта, а жалость к маленькому мальчику.
— Дура! — Она толкнула меня в плечо и ушла.
Герата быстро вернулась и сунула мне в руки кружку. Я жадно пила горячее варево, понимая, что сижу в одной из сквозных гостиных недалеко от флигеля. Наставница подняла меня, больно ухватив за локти. Это немного прояснило разум. В конце длинной галереи я увидела сгорбленный силуэт. Маленький солнечный шарик, оставшийся от искры, потянул меня к Лазарю. Я хотела побыть с ним рядом, согреть ладони в его руках. Это была почти физическая потребность, словно я желала припасть к источнику в знойный день.
Лазарь сделал несколько шагов в нашу сторону, но остановился. Присутствие Гераты сковывало нас. Прищурив бледные глаза без ресниц, старуха долго смотрела на меня.
— Я дала клятву и никому не расскажу о Йони, — поспешно проговорила я, расценив острый взгляд Гераты, как предупреждение. — Ведь заклятие не позволит мне болтать?
Ведьма пожевала тонкими губами, собираясь что-то сказать, но передумала и закрыла рот, чтобы слова не сорвались с языка. Больше мы не разговаривали. Она довела меня до комнаты и ушла.
Ноги подкосились, и я плюхнулась на кровать. Фанни таращилась на меня так, точно увидела мертвеца.
— Найди господина Лазаря, — собравшись с духом, сказала я.
— Всё сделаю, эрри, — Фанни закивала, продолжая странно смотреть в мою сторону.
— Передай, что я скоро приду в библиотеку. Пусть не тревожится. Всё хорошо.
— Эрри… — служанка неловко дёрнулась, опустила уже протянутую ко мне руку и закусила губу.
— Что? У меня испачкано лицо?
— Н-н-ет, эрри Доротея. Я побегу к господину Лазарю.
Фанни стремительно выскочила за дверь, а я прилегла, тут же забывшись сном.
В себя я пришла сразу же, как распахнулась дверь и в проёме возникла фигура Лазаря.
— Выйди и проследи, чтобы нам не мешали, — резко потребовал он от Фанни. — И не подслушивай. Понятно? — Лазарь грозно зыркнул на служанку.
Я села на постели, продолжая ощущать слабость и пустоту в груди. Фанни послушно закрыла дверь снаружи, а Лазарь молниеносным движением переставил кресло, чтобы сесть напротив меня, — и не думала, что горбун может быть таким ловким. Его тёмный взгляд пугал до мурашек. Он смотрел так, словно я была тяжело больна и стояла на пороге смерти.
— Эта стерва совсем тебя замучила, — со знакомой интонацией выплюнул Лазарь.
Он нашёл мои руки, мягко сжал пальцы. Как я и мечтала. Неужели секретарь Клариссы стал настолько мне необходим?
— Не сердись. Я собиралась прийти в библиотеку, но уснула. Устала немного.
Взгляд Лазаря вспыхнул янтарём, как случалось, если приходилось сдерживать сильные чувства. Я хорошо изучила повадки нового друга.
— Я не сердит. — Он сделал медленный, глубокий вдох.
Ласкающим движением Лазарь погладил мои ладони, а я даже не задумалась, что между нами происходит. Всё было естественным и желанным. Я доверяла ему. От его рук потекла сила, раздувая искру, гоня прочь морок.
— Я в ярости! — Лазарь подскочил на месте, но не разжал пальцев. — Не из-за тебя. Нет! — Он снова импульсивно дёрнулся. — Из-за тебя, но ты не виновата, Тея.
— Сейчас Герата сказала бы, что: «Лазарь непохож на себя. Кто подменил тебя, Лазарь?» — Я попыталась отшутиться.
На лице Лазаря отразилось смятение, даже испуг, затем печаль.
— Посмотри в зеркало, — сказал он.
Я повернула голову и оторопела: седая белая прядь спускалась на висок широкой волной. Всего минуту я в ужасе смотрела на отражение, где видела не себя, а бледный, осунувшийся призрак с волосами, теряющими природный цвет. Лазарь не отпускал меня, и магия искры обретала прежнюю мощь, лицо посвежело, краски вернулись.
Моё будущее накрыла тень старой ведьмы. Герата по-своему предупредила меня, когда ругала после визита к сыну Клариссы. Растратив магию, я стану похожа на помощницу герцогини.