Филипп вцепился в него ответным взглядом, и от этого Листонасу сделалось дурно, ибо он, вампир опытный и немолодой, знал, что с таким взглядом могут убивать. Стараясь выглядеть достойно, поверенный опустил глаза, сложил руки на животике и откинулся в кресле.
– Так что вас интересует?
– Финансовые отношения банкирского дома Ярвена с банком Ноэля, – сказал Филипп. – Расскажи о них.
– Ах, Ноэль… – Листонас почесал оплывший подбородок. Значит, незнакомец не с Ноэля. – Мы мало имеем дел с Цветочным банком, хотя он и крепко ухватился за Глеоф, а его подразделений здесь, как чертят в амбаре. Но, да… – банкир уронил алчный взгляд на мешок с золотом, понимая, что это предназначается ему в качестве взятки. – В последнее время наш господин Хиамский ведет дела с Ноэлем…
И Листонас замолк, вспоминая, что все эти сделки Ярвен проворачивал тайно. Может ли это быть проверкой со стороны его господина? Однако в кошеле чересчур много золота, и это никак не похоже на столь мелочного Ярвена.
Филипп понял опасения Листонаса и снова сделал властный жест рукой, указав на кошель.
Граф часто имел дела с банкирами в своем графстве, а потому продажную породу ростовщиков чувствовал и понимал. Он не стал хитрить и заходить со стороны, а решил напрямую купить ответ у одного из сторонников Ярвена Хиамского. И оказался прав, ведь Листонас, мысленно подсчитав содержимое мешочка, уже понял, что даже если придется бежать, то он с семьей будет безбедно существовать на это золото всю жизнь. А ведь его измену могут и не раскрыть.
– Так говори, чего умолк? Или пойду к другому поверенному, в Глеофию.
– В Глеофии об этом не ведают, господин! – очнулся от раздумий Листонас. – Только я знаю! Да-да, господин Хиамский ведет дела с Ноэльским банком вот уж с лет пять, наверное. Доселе никаких операций друг с другом мы не совершали, но тогда, под ночь, явился мужчина. Представился посредником Мариэльд де Лилле Адан, графини Ноэльской. Она же – хозяйка Цветочного банка.
– В каком году это было? Конкретнее.
– В… – Листонас задумался. – В 2148, по весне, до праздника Аарда, точнее не скажу.
Филипп кивнул, требуя продолжение.
– Так вот. Тогда господин Хиамский был здесь, на втором этаже в своей комнате. Он периодически навещает нас, проверяет журналы, счета. И они долго говорили с этим поверенным, но письменных соглашений никаких не подписывали. А спустя полгода прибыл тот же поверенный, но уже с охраной. Прибыл по осени, но не сюда, а к дому хозяина. Я узнал о том, что подвезли ларцы с золотом.
– Много?
Листонас кивнул.
– Я бы сказал, что очень много, господин.
– Какова точная сумма?
– Не ведаю… Говорю же, привезли тайно к дому господина Хиамского. Но он перед этим заставил меня заняться его счетами, и я связался с его личным слугой Бадномером, а тот все о привозе золота и рассказал. И даже имя гостя назвал. Вот имя я-то и вспомнил – им тот поверенный ранее представлялся. В журналы доход никуда не вносили, и больше упоминаний о золоте не было, по крайней мере в формате поступления от Цветочного дома. Но буквально через пару месяцев хозяин открыл подразделение в Глеофии. А еще отослал Барьена – это другой поверенный – на юг. А это, как вы понимаете, стоит очень больших денег, господин.
– Ярвен открывает подразделения на юге?
– Пытается, да. Однако тамошние банкиры не очень приветливы к нам, северянам. А еще корона Элейгии облагает нас дополнительными пошлинами. Но там назревает война. А где война, там займы, и Ярвен полагает, что сможет отыграться на процентах.
– Почему он не дает займы Глеофу? Глеоф тоже воюет.
– Ах, война Глеофа проводится, насколько я знаю, за счет Цветочного банка. По крайней мере между нами, банкирами, идут такие слухи.
– Так это слухи или точная информация? Говорите прямо, в денежных делах слухов не бывает.
– Это точная информация. Да… Ноэль помогает нашему императору Кристиану в войне со Стоохсом, оплачивая наемников, оружие, коней, фураж, провиант. Поверенные Ноэля обосновались в Мечном замке и потеснили других банкиров, то бишь в Глеофе денежная целина ими уже вспахана. По этой причине Ярвен и пошел на Юг, думая, что там будет свободнее. Но вот что я вам скажу, господин… Там, на юге, Ярвену тоже будет нелегко, ибо рука Цветочного дома теперь простирается и туда.
– Так Цветочный дом оплачивает войны и на юге? – удивился граф.
– Войны там еще нет, но обязательно будет. Элейгия точит ножи, а ножи, как известно, стоят золота. Барьен докладывал мне в письмах, будто бы случайно встречался в Элегиаре с представителями Цветочного дома. Не просто так им там быть, знаете ли. Они, как лисы, рыщут в поисках кроликов… Будьте уверены, Ноэль платит за войну и на юге, и на севере! Им это по карману.
